Книга Водяной, страница 97 – Владимир Стрельников

Ну да, она переродилась при крещении. Но осталась очень быстрой и сильной. Правда, не стоит ей такого показывать, тем более мужу. Хотя, по моему мнению, Лермонтов этому не удивится и Аяна только романтичнее станет в его глазах. Поэт, что поделать. Впрочем, это уже их заморочки.

Помолвка вышла достаточно красочной и радостной. Солдаты кричали «ура», стреляли из ружей в воздух, гусары устроили скачки, вечером был пир и небольшие танцы. Марина и Хилола были звездами вечера, кавалеры крутились вокруг них как пчелы вокруг меда. Еще бы: явно красивые девушки в восточных одеждах, сияющие глаза над вуалью, точеные фигурки, которые сложно скрыть под шелком, плавные и выверенные движения, очень красивые голоса. А Лермонтов не отходил от невесты. Аяна же таяла, как лед на горячем песке.

Надо сказать, что приданное Лермонтова впечатлило, но не более. Хотя, двадцать расчетных векселей Шотландского и Английского банков стоимостью по тысяче фунтов каждый, несколько комплектов драгоценностей, кус земли в Голодной Степи размером с уезд, где Тарханы расположены, и заявление о двадцати пудах золота в пустынных тайниках заставили его потрясенно покачать головой. Но потом поэт заявил, что это все прекрасно, так как снимет все возражения от его бабушки. Ну и вишенкой на это все легла дворянская грамота от канцелярии эмира о том, что Аяна Сайрима Яксарт является представительницей древнего сакского и текинского рода. И это я запретил показывать Аяне свой камешек из моей мастерской. Потом бриллиант засветит, перед свадьбой, самому поэту и его бабушке. Пусть это еще одной легенде положит начало.

Кстати, Лермонтов новую книгу начал писать. «Ветры пустыни» называется. Про что и про кого — тайна великая есть. Даже сейчас строчит карандашом в толстенном блокноте, а Аяна сидит рядышком и дышит через раз. Повезло ему с женой, буду надеяться, что они будут счастливы. И что не забудут про меня, скромного духа, хозяина здешних вод. Хотя, вряд ли, я ведь их просто так бросать не собираюсь. Уж Лермонтова точно, выход на книгоиздателей я терять не собираюсь, я Михаилу еще четыре толстенные тетради передал, «Народные узбекские сказки». Да и Аяну из виду бросать не хочу, мало ли что?

Вообще, я достаточно здорово здесь взбаламутил воду мироустройства, так сказать. Всплеск хороший вышел, посмотрим, что от его брызг будет. Но это будет совсем другая история.

— Смотрите. — Я поднял руку, и показал своим девчонкам на вышедшего к водопою старого льва. Реально старого, здоровенного, мохнатого. Грива была не только на голове и плечах, но и на спине, и грудь лохматая. Рыже-седая, еще влажная, видимо, где-то переплывал протоку. — Вот и хозяин туши.

Лев подошел к лежащим неподалеку от воду остаткам кабана, рванул раз-другой мясо, и взвыл. Видимо, зуб больной. В бешенстве зверюга крутнулась округ себя, рванула когтями землю. После чего получила пулю в шею, и вторую в сердце. И старый лев лег на влажный песочек около самого уреза воды. Мы его несколько часов караулили, заинтересовали меня следы около слабо так обглоданной туши. Похожи на тигриные, но чуть отличные. И вот, очень редкая животина попалась — азиатский лев. Пока они еще здесь встречаются, но уже редко, очень редко. Намного чаще встречаются смески от львиц и тигров, а вот именно львы — они фактически здесь исчезли. Может быть, мы угрохали если не последнего льва в Туркестане, то предпоследнего.