Книга Господин метелей, страница 24 – Ната Лакомка

Я взяла совок и уже хотела собрать мусор, но тут метла, как живая, вырвалась из моей руки и засеменила обратно к зеркалу, мелко перебирая ножками-травинками.

Бросив совок, я попыталась ее поймать, но всякий раз, когда я готова была схватить белую рукоятку, метла успевала извернуться и отбежать шагов на пять. После четвертой безуспешной попытки, когда я остановилась посреди комнаты, тяжело дыша и уперев кулаки в бока, метла сделала мне аккуратненький книксен, разделив метелку на две «ножки».

— Вы еще и издеваетесь? — попеняла я ей. — Идите-ка сюда, госпожа моя, я не собираюсь гоняться за вами до вечера!

Но негодница решила позабавиться на славу. Я бегала за ней вокруг кресел и стола, бранилась и грозила проредить, но толку не было никакого.

Когда метла заплясала передо мной тарантеллу, я призвала себя к спокойствию. Что бы ни выдумал Близар, с ума ему меня не свести. Глубоко вздохнув, я приподняла подол платья и сделала книксен.

— Не будете ли вы столь любезны, — сказала я очень вежливо, — помочь мне закончить уборку. Понимаю, что вам скучно и хочется развлечься, но поймите и вы бедную девушку, которой очень хочется поскорее попасть домой.

Метла прекратила пляску, покачала палкой туда-сюда, а потом вприпрыжку приблизилась, и я с облегчением схватила ее.

— Вот так-то лучше, — сказала я, подбирая поскорее совок, пока и ему не вздумалось исполнить павану или ригодон. — Ваша мохнатая милость не должна капризничать. Каждому суждено в этом мире своё. Колдуну — колдовать, метле — подметать.

Мне послышался чей-то тихий смешок позади, и я немедленно оглянулась, но никого не увидела. В зале я находилась совершенно одна, и даже дверь была плотно закрыта.

Покачав головой, я решила больше не обращать внимания на странности этого дома. Собрав мусор в ведро, я понесла его в кухню. Обычно мусор сжигали в печи, но в Близаровском замке даже печь была необычной, и я не нашла, где она открывается. Поразмыслив, я поставила ведро в уголке и приступила к мытью пола. Часы в очередной раз пробили двенадцать, когда я закончила работу и осталась очень довольна.

Теперь зал так и сверкал! Неплохо было бы выколотить от пыли шторы, но я не смогла бы добраться до гардин без лестницы — так высоки были стены. Стекла сплошь покрывали морозные узоры, похожие на серебристые витражи, и это придавало залу праздничный, новогодний вид.

Теперь я могла рассчитывать на серебро и расписку. Но не успела я ополоснуть руки, как кто-то постучал в двери замка. Сразу стало тихо, даже часы перестали щелкать маятником, хотя сам маятник продолжал двигаться.

Стук повторился, а я не знала, что делать. Может, подождать, и хозяин спустится и откроет? Но Близар не показывался, а стук становился все громче, все настойчивее.

Вчера я точно так же стучала в эти двери, умоляя впустить. А теперь там кто-то другой — такой же, как я, возможно, замерзает…

Не выпуская из рук метлу, чтобы снова не убежала, я подошла к двери и потянула дверное кольцо.

Створка подалась туго, со скрипом, но дверь открылась, и на пороге — словно волшебная фея — возникла юная девушка. Солнце светило ей в спину, подсвечивая выбившиеся из-под шапки кудряшки, и волосы казались золотыми. Хорошенькое личико, раскрасневшееся от мороза, вытянулось, когда девушка увидела меня.