Книга Господин метелей, страница 83 – Ната Лакомка

— А ну, дайте выйти! — приказала я. — Не желаю сидеть с вами в одних санях!

— Пойдешь пешком? — спросил он и сквозь зубы свистнул снежных духам, и те сразу тронулись с места. Но не полетели, а побежали по дороге, как и приличествует настоящим лошадям.

Я уже не могла покинуть сани, поэтому поспешила прочитать Близару нравоучение, чтобы не подумал, что мне было слишком приятно с ним целоваться:

— Вы повели себя грубо, неприлично, непристойно… — начала перечислять я.

— Просто проверил, может ли клюква стать сладкой, — съязвил он, отворачиваясь от меня, — но нет — как была кислятиной, так и осталась.

— Сами вы кислятина, — отрезала я.

До замка мы добрались, не разговаривая.

Городские ворота были уже заперты, но заметив сани колдуна, стражники быстро подняли решетку. Один из них пожелал доброй ночи, но Близар так взглянул на него, что он попятился и спрятался за спины товарищей. Я скосила на колдуна глаза: он явно был раздосадован. Наверное, ожидал, что я упаду в его объятия, как все эти обманутые девицы. Ну уж нет!

Все так же молча, мы зашли в замок и разошлись по своим комнатам. Только оказавшись в спальне, я поняла, что совсем не продрогла в пути. Наоборот, меня словно лихорадило. Я зажгла свечу и посмотрела в зеркало. Щеки мои горели, и губы были алые, а глаза сияли каким-то сумасшедшим светом. Я даже испугалась — точно ли вижу свое отражение?

Но призраки не показывались, и я забралась по пуховое одеяло, сложив руки под щеку и свернувшись клубочком. Я смотрела на рыжий огонек свечи и знала, что буду делать завтра, чтобы доказать Близару, что и клюква может быть сладкой, как мед.

На следующий день, покончив с уборкой, я приступила к главному — к клюквенному пирогу.

Такой пирог часто пекла моя мама, и он был для меня частью моих воспоминаний о ней, о детстве, о времени, когда счастья было столько, что можно было раздавать его горстями.

Тесто для пирога должно быть тонким и хрустящим, как льдинка. Для этого надо много масла — и только самого хорошего! Желтого и веснушчатого, как солнце! Тесто выпекают отдельно от начинки, и очень быстро, чтобы не сжечь. Только корочка стала золотистой — сразу доставай из печи!

Когда запахло свежей выпечкой, в кухню сразу заглянули призраки. Сияваршан долго посматривал из-за угла, а потом не выдержал, и следом за ним сразу влетела Аустерия.

— Бефанчик, ты решила нас побаловать? — спросил он, угодливо подавая мне то ложку, то миску.

— Вы же не едите пирогов, — заметила я.

— Так это для Близара?! — восхитился он.

Я не успела ответить, потому что колдун — легок на помине — очутился на пороге, как из-под земли выпрыгнул.

— Что для меня? — спросил он и вошел, принюхиваясь.

— Бефаночка печет для тебя потрясающее лакомство! — сообщил, ликуя, Сияваршан.

— Потрясающая новость, — холодно заметил Близар, не разделив его восторгов.

— Тогда лучше уходите, — сказала я, насыпая перебраную клюкву в глиняный обливной горшок. — Иначе пирог не получится. Для выпечки нужны радость и спокойствие, а на вас даже смотреть кисло.

— В самом деле, Близарчик, — поддразнил призрак. — Ты нарочно пришел смущать девушку?

Колдун посмотрел на него тяжелым взглядом, ничего не ответил и принялся рассматривать золотистую корочку пирога.

— Почему он пустой? — спросил Близар, игнорируя Сияваршана, который парил возле его головы, лукаво подмигивая и гримасничая.