Книга Карт-Бланш для Синей Бороды, страница 101 – Ната Лакомка

— Благодарю, – буркнул граф.

Мы прошли в гостиную, и он остановился, как вкопанный, увидев наряженную ёлку.

— Вам нравится? – спросила я, но муж только что-то проворчал в ответ и уселся за стол, на котором уже стояли блюда, которые я постаралась оформить празднично, приложив всю свою фантазию.

Граф ел и пил, и совершенно не обращал внимания на новые тарелки, на льняные салфетки с вышитыми вензелями, на кружевную скатерть и крохотные фарфоровые вазочки, в которые я поставила веточки ели.

— Вкусно, – похвалил он, прикончив восьмую тартинку. – Готов поклясться, ты приложила к этому руку, и Барбетта ни при чем. Кстати, где она? И где Вамбри? Почему в замке так пусто?

— Госпожа Барбетта следит за установкой фонарей в саду, – ответила я. – Вамбри отправилась помогать, но уверена, что в эту самую минуту она лазает по снежной горе, хотя я просила её этого не делать…

— Какие фонари? Какая гора? – не понял граф.

— Я распорядилась, чтобы сад расчистили и сделали дорожку к пруду. Снег сгребли в кучу, чтобы сделать потом горку, но Вамбри не может дождаться, пока ее зальют водой.

— Водой? – уточнил граф.

— Водой, – кивнула я.

— Горку?

— Да, милорд. Чтобы потом кататься, – подождав ответа, я сочла нужным уточнить: – Чтобы кататься на санках. Разве вы не катались в детстве на санках?

Он молчал, комкая в руке салфетку, и молчал как-то очень уж долго. Я не решалась окликнуть его, выжидая, что будет дальше. Не слишком ли далеко я зашла в своем рвении сделать жизнь мужа приятнее?

— Прости меня, – сказал он коротко.

— О чем вы, милорд?

— Я о той ночи, когда тебя испугал.

— Всё давно забыто, вам не зачем вспоминать об этом.

— Если бы ты знала, как я сожалею.

— О, не волнуйтесь! – как я ни старалась быть милой и терпеливой, но тут сдержаться не смогла. – Я оценила ваше раскаяние и сожаление. Вернее, вы сами оценили, милорд.

— Я?

— Вы. В сто золотых.

— Разве мало? – спросил он мрачно.

От праздничного настроения не осталось и следа. Я со стуком переставила стул, хотя больше всего хотелось пнуть его.

— Пойдемте, провожу вас в баню, – сказала я. – Сомневаюсь, что вы помните, где она находится.

— Ну проводи, – сказал он сквозь зубы, окидывая меня тёмным медленным взглядом с ног до головы.

Он шел следом за мной, и я чувствовала его присутствие даже не слыша шагов. Как будто тяжелая рука погладила меня по голове, скользнула по спине и спустилась ниже. Я промокнула платочком над верхней губой – ни с того, ни с сего меня бросило в жар.

У дверей бани я остановилась и чинно произнесла:

— Прошу вас, милорд, освежитесь с дороги. Внутри вы найдете свежее бельё и смену одежды. Приятного вам…

— А куда ты собралась? – спросил он. – Тоже заходи. Поможешь помыться.

— Если вы боитесь, что не справитесь сами, я отправлю к вам Пепе или кого-нибудь из слуг, – быстро ответила я.

— К чёрту слуг, – отрезал он.

— Напоминаю, что по условиям договора любая интимность между нами исключена, – выпалила я.

— Полить меня водой – это, по-твоему, интимность?

— Да… Конечно же… – забормотала я, отступая.

— Сбежать хочешь? Не выйдет, – граф схватил меня за плечо и в два счета затолкнул в баню, хотя я упиралась и пыталась схватиться за косяки. – Не бойся, я не стану покушаться на твоё целомудрие, – сказал он насмешливо. – Но раз уж решила поразить меня своей хозяйственностью – доведи дело до конца. Помоги снять камзол.