Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 261 – Ната Лакомка

— Наш сын, – снова поправил он меня и довольно разулыбался.

— Твой, – огрызнулась я. – Был бы мой – был бы человеком, а не змеем подколодным, – тут я повысила голос, чтобы было хорошо слышно всем, и некоему паршивцу тоже: – Хвост оторву всё равно!

— Ну не сердись, – замурлыкал Рихард, по-прежнему не выпуская меня из объятий. – У мальчика период взросления. Я в этом возрасте, знаешь, как чудил?

— По счастью, не знаю! – я хотела злиться дальше, но гнев уже перегорел.

Уткнувшись в широченную мужнину грудь, я пожаловалась:

— Зубищи-то у него – как у волкодава! Больно, между прочим.

— Надо поцеловать – и пройдёт, – заявил Рихард и принялся целовать мою руку.

Выглядело это уморительно и, несмотря на боль, я не выдержала и сама рассмеялась.

— Ага! – обрадовался муж. – Всё-таки, рассмешил! Прости мальчонку, он больше не будет.

— Прощу, – пообещала я. – Но прежде выпорю. Слушай, можно как-то выковырять у него эту жемчужину? Он же всех людей в городе перепугает, а я в один прекрасный день останусь без руки!

Но Рихард покачал головой:

— Нельзя, мой апельсинчик, – посочувствовал он мне, на этот раз вполне искренне. – Мы не вправе вмешиваться. Пусть наш сын сам выбирает, кем быть. Драконом или человеком. Ведь небеса всегда дают нам свободу, чтобы мы сделали верный выбор.

— Значит, верный? – спросила я, посмотрев ему в лицо, и чувствуя, как гнев и обида окончательно тают под синим небом и рыжим солнцем.

— Без сомнений, – сказал Рихард, будто поклялся.

— Не жалеешь, что отказался от драконьей силы? – уточнила я.

Ни разу я не спрашивала об этом с того самого момента, когда всё драконье племя собралось в Солерно, отправившись спасать своего короля. Но сегодня, наверное, был особенный день, и этот вопрос рано или поздно должен был прозвучать.

— А ты? – спросил в ответ Рихард.

Я помедлила и отрицательно покачала головой.

— Вот и я ни одного дня не жалел, – заверил меня муж. – Ни одной секунды.

Мы целовались так долго, что дыхания не хватило. И думать забыли о придворных и слугах, которые до сих пор таращились на нашу семейную сцену.

Но в этот самый момент откуда-то сверху донёсся голос нашего сына:

— Мне можно спускаться, пап?

Поцелуй пришлось прекратить, и мы с Рихардом посмотрели туда, откуда летел голос Рихарда-младшего.

Сынок сидел на самом верху крыши, возле флюгера, и посматривал на нас, приставив ладонь к глазам, от солнца. Прямо над головой сынули развевался королевский штандарт – чёрный дракон на жёлтом поле. Только теперь к дракону добавилось оранжевое солнце в верхнем левом углу полотнища. Такое солнце-апельсин было на флаге Солерно, а сейчас дракон и солнце красовались рядом. На этом настоял Рихард после нашей свадьбы.

Сыночек уже обернулся человеком и смотрел с милой улыбочкой, словно ничего не произошло, и я как раз собиралась крикнуть, что хвоста он точно лишится, но муж меня опередил:

— Спускайся! – щедро разрешил он. – Я крепко держу твою матушку, и никуда её не отпущу!

— Ага! – наш сын раскинул руки и боком свалился с гребня крыши.

И хотя я видела такое уже много раз, всё равно зажмурилась. Когда я открыла глаза, небольшой чёрный дракон с золотистым роговым гребнем вдоль хребта плавно снижался, распластав кожистые крылья. Он благоразумно приземлился не во дворе, а по ту сторону стены, так что я при всём желании не смогла бы до него добраться.

— Сговорились, негодяи, – вздохнула я, не собираясь, впрочем, вырываться из мужниных объятий.

— Какой сговор? Даже не понимаю, о чём ты, – замурлыкал Рихард и повёл меня в замок, не забывая целовать на ходу.

Так закончилась эта история, которую я, её величество королева Аранчия Палладио, записала для вас. Чтобы те, кто прочтут, знали, что быть драконом – это великолепно. Но не прекрасно. Потому что прекрасной может быть только живая, горячая, человеческая любовь. И кому повезёт найти её – тот может быть уверен, что отыскал самое драгоценное сокровище мира.