Книга Монашка и дракон, страница 159 – Ната Лакомка

— Читала? Или пользовала черную магию сама? — тут же бросилась в бой Ингунда. — Можете спросить всех слуг, милорд, они подтвердят, что птиц всегда было три.

— Когда я только приехала в Гранд-Мелюз, то начала вести записи о каждом дне здесь. Если позволите, я покажу записи того дня, когда я приходила… предложить вам кохлию…

При этих словах Арнегунда пискнула и уткнулась лицом сестре в плечо, а Ингунда поджала губы, но ничего не ответила.

— Ты, — дракон вдруг указал на одного из слуг, прилепившегося к стене и наблюдавшего за нами с жадностью и ужасом, — посмотри, сколько канареек там в клетке, а ты — он указал на другого, — принеси мне все ее записи. Пергаменты лежат на столе.

— В этом нет необходимости, милорд! — запоздало испугалась я. — Позвольте, я сама принесу запись того дня.

— Тебе есть, что скрывать? — спросил дракон, и я замолчала.

Вскоре слуги вернулись, и один доложил, что в клетке три канарейки, а второй принес ворох пергаментов и папирусы.

— Присядьте все, — велел Гидеон, углубляясь в чтение. — Похоже, разговор будет долгим.

Он отпустил мою руку, и я села на лавку, но сидеть спокойно не могла.

— Под тобой словно уголья горят, ведьма! — прошипела мне Ингунда.

Ах, я и правда как будто сидела на угольях! Кто же знал, что мои записи дракон решит прочитать именно сейчас!

Прошло долгих четверть часа, пока милорд Гидеон оторвался от чтения.

— Все так, — сказал он, пристально глядя на Ингунду. — И в самом деле — четыре птицы. Куда дела канарейку?

— Это ложь, милорд, — сказала она с достоинством. — Ложь и наветы. Она нарочно написала про птиц, чтобы очернить меня перед вами.

— Как по мне, — вмешался Дилан, — так она решила настроить тебя против нас всех, Ги. Не позволь ей этого сделать!

— Я сам решу, кому и что позволить, — дракон перевел взгляд на брата, и тот сразу сник. — Обыщите комнаты конкубин, — велел дракон. — Майлз, пойдешь ты, Старк и Лито. Переверните там все, хоть доски от пола отрывайте. А ты, — он кивнул Фриде, и служанка подошла бледная, — обыщи Ингунду.

— Обыскать госпожу? — не поверила Фрида своим ушам.

— Милорд! — крикнула старшая конкубина.

— Тебе есть, что скрывать? — спросил он. — Выполняйте!

Ингунда не стала оправдываться и бросилась бежать, но не добралась даже до порога. Служанки во главе с Фридой скрутили госпожу, перед которой еще вчера трепетали, и мигом обшарили ее одежду. На шее у старшей конкубины обнаружили кожаный мешочек на толстом шнурке. Мешочек боязливо и почтительно передали дракону, и он высыпал содержимое на ладонь.

Комочек красной глины и какая-то труха.

— Что это? — спросил он.

— Глиняная фигурка из Восточной башни лежит у меня в шкатулке, — сказала я, начиная догадываться. — Прикажите принести ее?

Когда принесли глиняного человечка, комок глины идеально вошел в отверстие на груди фигурки. Одновременно вернулись Майлз и остальные, и принесли фолиант в черном переплете.

— Вот, нашли в бойнице за окном комнаты госпожи Ингунды, — сказал Майлз, осторожно выкладывая книгу на стол. Он нес ее со всеми предосторожностями — замотав руки плащом. — Сразу и не заметишь, если не знать. Лито глазастый — он увидел. А в комнате этой… — он мотнул головой в сторону Нантиль, — дорожная сумка с деньгами, вяленым мясом и сушеными лепешками. Запасов дня на три, далеко собралась.