Книга (Не) люби меня, страница 19 – Ната Лакомка

Я откинула с лица выбившуюся прядку и едва не вскрикнула, потому что за спиной Жозефа маячил чей-то силуэт.

Мой муж резко обернулся, но вместо грозных слов из его горла вырвалось нечто нечленораздельное, и я прекрасно понимала, почему он потерял дар речи – перед нами стоял король. Стоял и смотрел на нас, приподняв волчью маску. Глаза его ничего не выражали, и свет, падавший сзади и косо, придавал его величеству, поистине, дьявольский вид.

— А-а… э-э… – заикался Жозеф, а я, отвернувшись, приводила в порядок платье.

Щеки мои так и пылали – какая глупая ситуация! Оказаться перед королем в таком виде! Поправив ворот, я обернулась и поклонилась, кусая губы. Ситуация глупая, просто дурацкая, и мне совсем некстати захотелось посмеяться.

— Приносим извинения, ваше величество, – сказала я. – Мы с мужем очень скучаем друг по другу, но у нас мало времени и возможностей, чтобы побыть вместе.

— А, да, – подхватил Жозеф. – Простите мой порыв, сир… Нам приходится жить в гостинице с матерью и сестрой, а это, сами понимаете, не располагает к любви…

— Ну что вы, – сказал король, и его неожиданно хриплый голос гулко прозвучал под сводами замка. – Это мне надо извиниться, что потревожил вас так некстати.

— Сир! Ваше величество! – забормотал Жозеф. – Уверяю вас, я случайно увидел жену в полутьме и потерял голову…

— Прекрасно тебя понимаю, Верей, – король опустил маску, опять превращаясь из человека в оборотня. – Я бы тоже потерял голову.

Он повернулся и пошел в сторону главного зала, а я не сдержалась и прыснула, уткнувшись мужу в плечо.

— Господи, мы с тобой – двое помешанных, – сказала я, отсмеявшись. – Нам лучше вернуться, иначе точно не избежать недельного покаяния. Твоя матушка об этом позаботится.

Мне было смешно, а Жозеф только натянуто улыбнулся и уныло кивнул.

Остаток вечера прошел не менее весело – представляли пьесу, а потом выступали жонглеры и акробаты. Я с восторгом хлопала в ладоши и притворялась, что из-за грохота барабанов, которым сопровождалось выступление артистов, не слышу ворчания свекрови.

Праздник подходил к концу, по знаку распорядителя бала все сорвали маски, и слуги вынесли на огромном блюде гору фруктового мороженого – самое желанное лакомство, когда ты разгорячен весельем. Жозеф принес нам фарфоровое блюдечко, на котором лежали шарики ванильного мороженого и ломтики апельсинов. Пока мы лакомилась, пользуясь вместо ложек палочками песочного печенья, к нам подошел мажордом. Поклонившись, он в витиеватых выражениях сообщил, что его величество надеется, что праздник пришелся нам по душе, и предложил воспользоваться королевским гостеприимством и переночевать в замке.

Стоявшие вокруг гости замолчали, позабыв о мороженом. Жозеф поклонился, бормоча благодарности, а леди Бригитта невозмутимо кивнула:

— Передайте его величеству, что мы с удовольствием принимаем его приглашение. Это честь для рода Верей.

— Для вас апартаменты приготовлены рядом с покоями королевы, – поклонился мажордом леди Бригитте и Элише, – а лорд и леди Верей могут расположиться в Голубой спальне, ваши вещи привезут в течение часа, если изволите.

— Я сама съезжу за вещами, – тут же решила свекровь.

— Как вам будет угодно, – сказал мажордом и добавил, посмотрев на нас. – Его величество выражает надежду, что вам понравится комната, и заверяет, что там вас никто не побеспокоит.