Книга Четвертый брак черной вдовы, страница 17 – Ната Лакомка

Хоэль совсем некстати вспомнил, что у его жены серьги были крохотными и такими скромными, что больше пристали бы монашке, чем герцогине.

— Добрый день, добрый дон, — сказала «пчела». — А вы, похоже, новый муж донны Катарины?

— Похоже, — проворчал Хоэль. Ему, конечно, хотелось развлечений, но донья Пчела точно не могла развлечь. Могла лишь еще больше нагнать скуку.

Он хотел уйти, но донья Пчела цепко ухватила его за рукав:

— Я ваша соседка, — сказала она медоточиво, но глаза так и впились в Хоэля — рассматривая, оценивая, — донна Инес Лупитас-и-Фернандес, а вы — тот самый дон Дракон? Которого не смогла убить даже молния?

— Да, знатно меня тогда шарахнуло, — признался Хоэль без особого удовольствия — он не любил об этом вспоминать. — Удачного дня, донья, — сказал он, вырывая рукав из цепких пальцев «пчелы».

— Если молния не убила, то и донна Катарина с вами не справится, — сказала «пчела» хихикая, и Хоэль, уже сделавший несколько шагов в сторону дома, медленно оглянулся.

Донна Инес поняла, что ее слова достигли цели, и приняла необыкновенно таинственный и важный вид:

— Вы же знаете, что донна Катарина была замужем три раза

— Да, уже доложили, — сказал Хоэль, но «пчела» не поняла его иронии.

— Это ужасно, на самом деле ужасно! — зажужжала она, опять прихватывая Хоэля за рукав камзола. — Представляете, дон Луис утонул!..

— Слышал, слышал — заворчал Хоэль.

— в собственной ванной! — закончила донна Инес с придыханием.

Хоэль насторожился. В собственной ванной? Пожалуй, достаточно необычно.

— Что вы говорите?! — произнес он с деланным изумлением, и этого оказалось достаточно.

Донна Инес извергла из своих уст нескончаемые потоки словословия, которые уже были вовсе не медоточивыми, а изрядно отдавали дерьмецом:

— Да! Утонул в собственной ванной! Немыслимо, верно? А дон Серхио сорвался с Великана Карла. Бедный! Он так любил пешие прогулки!

— Великан Карл? — спросил Хоэль.

— Ну что вы! — воскликнула донна Инес. — Дон Серхио, конечно же! Великан Карл — это скала, там очень живописно. Иногда маркиза Бомбьезе устраивает там пикники

— И когда сорвался дон Серхио — тоже был пикник? — подкинул вопросик Хоэль.

— Нет, тогда он просто гулял вместе с женой.

Хоэль бросил на «пчелу» быстрый взгляд, пытаясь угадать — нарочно она ужалила или без умысла.

— Разумеется, никому и в голову не пришло бы подозревать донну Катарину, — тут же пояснила она.

— Ну, это само собой, — поддакнул Хоэль.

— Ведь никто не подозревает ее в черной магии! Фу! Как можно даже подумать такое! — фыркнула она с возмущением. — Донна Катарина так набожна, в воскресенье всегда посещает мессу, а, как известно, черные колдуны не могут вынести мессы, — тут она понизила голос и добавила: — Наш лекарь, дон Рафало, сказал что это была обыкновенная холера

— Из-за холеры дон Серхио бросился со скалы?

— Нет же! Из-за холеры умер дон Анджело. Ах, донна Катарина так его любила! Она так убивалась на его похоронах! — донна Инес промокнула кружевным платочком глаза. — Какое несчастье, что из всего нашего города проклятая болезнь выбрала именно дона Анджело — такого молодого, такого красивого, учтивого И ведь никто больше не умер, представляете?

— Хм… И с чем это связано, как вы считаете, донья? — Хоэль разглядывал «пчелу» уже не скрывая презрения, но донна Инес не замечала его взгляда, довольная, что нашелся благодарный слушатель.