Книга Заложник страсти, страница 21 – Ната Лакомка

— Да, - только и мог выдохнуть Марко.

— Разрешаю тебе потрогать...

Она разрешает! В любое другое время Марко посмеялся бы, что женщина что-то там разрешает мужчине, но сейчас думать и смеяться совсем не хотелось, и не хотелось больше сдерживаться. Марко положил ладонь на один золотистый персик, ощущая твердость соска и атласную гладкость кожи.

Глаза Сафоры были совсем рядом - колдовские, темные, блестящие, как бриллианты. Этот взгляд зачаровал, удержал властно, как цепью. Марко сжал руку, наслаждаясь упругостью женской плоти, а потом приласкал грудь, так удобно устроившуюся в его ладони.

— И вторую тоже, - шепнула Сафора.

— Сам знаю, - ответил он, едва переводя дыхание.

Движения его перестали быть нежными, теперь он сжимал ее груди почти грубо, требовательно. Через мгновение женщина была опрокинута на спину, в подушки, а Марко, встав на диван коленом и нависнув на ней, лихорадочно терзал пряжку, расстегивая свой пояс.

Сафора смотрела на него со странной усмешкой, и Марко заколебался - не задумала ли какой подлости? Но в комнате они были одни, и женщина не делала ничего, чтобы его остановить.

Расстегнув пояс, Марко бросил его на пол, задрал камизу и дернул завязки на штанах. Сейчас он успокоит ноющую плоть, а брабантская сучка будет повизгивать под ним и просить еще.

— Остановись, - сказала вдруг она негромко.

Остановиться? Да она спятила! Как остановиться, когда все горит!

— Встань, я хочу на тебя посмотреть, - Сафора говорила спокойно, даже тихо - приходилось вслушиваться в ее слова, но что-то странное приключилось от этого тихого голоса.

Руки и ноги перестали повиноваться, и Марко послушно поднялся с дивана. Это было похоже на помешательство - он мыслил, желал, понимал, что подобное невозможно, но тело отказывалось подчиняться. Его тело было покорно приказам Брабантской правительницы. Что это? Колдовство?

— Что за ерунду ты творишь?! - возмутился он, пытаясь разорвать невидимые оковы.

— Повернись, - велела она ему, и он послушно повернулся, как паяц на веревочке.

— Красивый мальчик! - восхитилась Сафора, опять устраиваясь на боку и подпирая точеной рукой голову. - Только твоя хламида мешает. Сними ее.

Марко ничего не имел против, чтобы раздеться, но он хотел сделать это по своему желанию, а не по указке брабантской шлюхи!

— Немедленно отпусти меня! - почти прорычал он, а руки уже стягивали камизу мешком через голову и бросили на пол.

— Хорош, - Сафора с удовольствием разглядывала принца, словно не замечая его гнева. - Настоящий горный козел! Наглый, самоуверенный, ограниченный, как все Капра! Уперся рогами - и не сдвинуть!

— Я тебя придушу, нахальная кошка, - прошипел Марко.

— Придушишь? - она вскинула брови. - Возьми себя за горло.

— Ты что задумала?! - заорал он, когда его руки сами собой сжали его же горло.

— А теперь подумай, Марко Капра, что будет, если я прикажу тебе сжать пальцы посильнее, - Сафора приподнялась на локте, и из ее темных глаз словно вылетели молнии.

— Не посмеешь, - прохрипел Марко, противясь непонятной силе, которая желала убить его его собственными руками.

— Посмею, но не захочу! - Сафора со смехом упала на подушки и взяла еще одно пирожное.

Колдовство немного отступило, и Марко наконец-то смог дышать свободно, но когда хотел броситься на ведьму, ноги отказались идти. Так он и застыл в двух шагах от дивана, голый до пояса, возбужденный и совершенно бессильный.