Книга Поцелуй Спящего красавца, страница 66 – Ната Лакомка

— Правда? — спросил он с вежливой улыбкой, по виду — ничуть мне не поверив.

— Абсолютнейшая, — огрызнулась я. — Идем в гостиницу, пока опять приключений себе не нашли. Но если честно, лучше бы мы переночевали где-нибудь в другом месте. Старик-гобеленщик — подозрителен.

— Кто во всем видит подвох, — пропел в ответ Спящий красавец, — попадет в чертополох.

— Дурацкая песенка! — взбесилась я. — Лучше сказать: кто всем верит — тот дурак, попадает он впросак.

— О, да ты в поэзии поднаторел, Крошка! — расхохотался Брайер, чем вывел меня из себя ещё больше. — По-моему, чтобы подобреть, тебе нужна мягкая постель и несколько часов крепкого сна. Могу устроить по старой дружбе, — он подмигнул и сделал попытку приобнять меня за плечи.

— Лапки прибери, котик, — посоветовала я ему, отшатываясь. — Иначе хвостик вырву и усики заодно.

— Значит, я — котик? — Шпиндель находился в прекрасном расположении духа (впрочем, как почти всегда, несмотря на свои глупости). — Тогда ты — мышка. Такая же серая, невзрачная, но очень боевая. Как оскалит зубки — так все окрестные коты бегут в ужасе прочь, — он опять засмеялся, а потом сказал, примирительно: — Ладно, идем. Что-то мне подсказывает, что дед не станет нас обманывать. Подобные встречи неслучайны, можешь мне поверить. Моя фея не могла ошибиться и не отправила бы нас в западню.

У меня накипело многое о его фее, но я промолчала. Потому что почувствовала, как невероятно устала — от волнений, от бродяжничества по дорогам иного мира, от свалившейся на меня информации по поводу моей собственной жизни… Мне и правда ничего сейчас так не хотелось, как завернуться в теплое одеяло и поспать. Возможно, я не отказалась бы проспать и сто лет, если бы после пробуждения всё вернулось на свои места, и я никогда больше не встретила сумасбродного Брайера с его бредовыми идеями по поводу поиска любви все его жизни.

— Не грусти. Всё будет хорошо, Крошка, — Брайер всё-таки приобнял меня, и мне уже было лениво вывертываться из-под его руки.

Да и под его рукой было как-то особенно уютно. Как будто я уже укрылась одеялом и провалилась в волшебный сон.

Кровать в комнате, которую снял Брайер, была одна. Но Спящий красавец по-рыцарски уступил постель мне, а сам улегся на лавку, подсунув под голову наш походный мешок.

Я проспала на удивление долго и крепко, и проснулась, когда солнце уже светило в щелку между ставнями.

Брайер дрых сном праведника, уронив на пол сумку и сунув вместо подушки кулак под щёку. Подумав немного, я слезла с постели, взяла подушку и на цыпочках подошла к колдуну. Можно было сунуть ему подушку и уйти, но что-то меня остановило, и я продолжала стоять возле лавки, переступая босыми ногами по холодному полу, и таращась в лицо Спящему красавцу. Сейчас он был такой умиротворенный, даже улыбался во сне… Интересно, ему снилась его прекрасная фея? С чего бы на этой смазливой мордочке появилась такая довольная улыбка?

— Хочешь меня задушить? — спросил вдруг колдун, не открывая глаза.

От неожиданности я шарахнулась в сторону, но он уже ловко сцапал меня за запястье, притянув к себе.

— Что за шутки, — сердито сказала я, пытаясь освободиться. — Просто пожалела одного болвана, хотела поделиться подушкой.

— Такая добрая, — с наигранным умилением сказал Брайер, но меня отпустил и забрал подушку, устраиваясь на лавке поудобнее.