Книга Поцелуй Спящего красавца, страница 76 – Ната Лакомка

— Дедушка! — он схватил старика за руку и так встряхнул, что дед охнул. — Какой артефакт? Заклинаю вас кошкой Мерлина, покажите, что за вещь?

— Её туфелька! — торжественно провозгласил старик, глядя на меня почти со злорадством. — Туфелька феи, которую она обронила, когда улетала после спасения господина Хайля.

— Туфелька… — прошептал Брайер, как зачарованный. — Будто в сказке… Прекрасная таинственная дева исчезла, оставив хрустальную туфельку…

— Это про Замарашку, а не про Спящую красавицу, — съязвила я, но уже поняла, что проиграла.

— Конечно, я покажу вам, — старик подвёл нас к железному ларчику, стоявшему на возвышении, извлёк из кармана ключик на колечке и открыл крохотный незаметный замочек. — Вот она, туфелька феи. Молчите все, кто не верит в чудо!

Мы с Брайером одновременно вытянули шеи, чтобы рассмотреть, что находится внутри ларца.

Там на подушке пожухлого алого бархата лежала поношенная туфелька из тонкой кожи, с пряжкой и ремешками, чтобы завязывать вокруг щиколотки. Каблучок был поцарапан, один ремешок порван, но видно, что он рвался и раньше — был завязан узелком, где крепился к «лодочке».

— Твоя фея была не особого достатка, — заметила я насмешливо. — На хрустальные туфельки у неё денег не хватило. Да и на хорошую обувь — тоже. К тому же, туфель стоптан. Твоя красавица явно не летала по воздуху, а бродила ножками по земле. Что это за фея, если она ходит пешком, а не летает?

— С чего бы ей летать? — мрачно ответил Брайер, не отрывая взгляда от поношенной обуви.

По-моему, он был разочарован, и я очень этому обрадовалась. И не смогла не подшутить над его мечтой о хрустальной туфельке таинственной красавицы.

— А кто пел, что «любимая порхает по земле на крыльях любви и света?», — невинно поинтересовалась я, подтолкнув его локтем.

— Это просто означает, что она щедра с другими, забывая о себе, — парировал Брайер, не сводя глаз с туфли. — Посмотри, какая маленькая и изящная ножка… Только у фей и бывают такие.

— Тридцать шестой размер, — сердито ответила я. — У меня, между прочим, такой же. Но ты обругал мои кроссовки.

— В любом случае, к тебе и твоей подруге эта туфелька не имеет никакого отношения, — отрезал колдун.

— Ну да, — вынуждена была признать я. — У Аньки тридцать девятый, — и я задумчиво посмотрела на свои кроссовки.

Старик-гид стоял немного в стороне, не мешая нам любоваться феечкеным артефактом, но не спускал с нас глаз. Я ему особенно не нравилась, и он дёргался, когда я наклонялась, чтобы рассмотреть туфлю. Эту было смешно. Потому что поношенная обувь, пусть даже и ставшая предметом легенды, меня совсем не интересовала.

Брайер тоже посмотрел на мои кроссовки и скривился.

— Видеть не могу твои грубые башмаки, — пробормотал он. — Никакого изящества, никакой красоты, — и громко добавил, обращаясь к старику: — А вы не знаете, уважаемый, где изготовлена эта прекрасная туфелька?

— Знаю, господин, — проскрипел смотритель, награждая меня уничижительным взглядом. — Туфелька сделана в Найте, там на подошве клеймо.

— Найт? — недоумённо нахмурился Брайер. — Я не знаю такого города. Это где-то за границей?

— Да что вы, господин, — фыркнул старик. — Это милях в пятидесяти от Вундхайля, к югу. Город на излучине, он всем известен.

— Подождите, подождите, — колдун что-то мысленно прикинул, — но на излучине, к югу находится Герештбург…