Книга Моя драгоценная гнома, страница 85 – Ната Лакомка

— Да откуда я знаю?! — рассердилась она и пошла первой, держась вдоль реки. — Чего пристал? Я еще и не проснулся толком, а ты меня допрашиваешь, как королевский прокурор!

— Но подозрения у тебя есть? — Дагобер догнал ее и пошел рядом. — Редко кого сковывают такими могучими заклятиями совсем без причины. Кому ты так наперчил, что задействовали черную магию? Она, между прочим, запрещена под страхом смерти. Скажи, я распоряжусь наказать виновного.

— Если бы знал, уже давно тебе бы нафискалил, — огрызнулась она. — Лучше заткнись и подумай, куда нам идти.

Еще вчера его бы взбесило такое обращение, но сегодня он ничуть не обиделся. Маленькая гнома, оказавшаяся в плену заклятья, в дороге, полной опасностей — тут бы и эльф растерялся, не то что человек или гном, а она всего лишь девчонка. Девчонка…

— А сколько тебе лет, Эрм? — спросил он.

Она посмотрела на него почти с испугом. Глаза блестящие, быстрые, как у сокола. Красивые глаза.

— Ты головой вчера о камни не ударился? — спросила она. — Зачем тебе знать…

— Что ты сразу иголки выставляешь? — сказал Дагобер примирительно. — Я ведь без задней мысли спросил. Так сколько?

— Почти двадцать, — ответила она, поглядывая подозрительно. — А что?

— Ничего, — Дагобер придержал ветки кустов, чтобы ей удобнее было пройти. — Не бойся, я тебя не брошу.

— Похоже, все эльфы — чокнутые, — проворчала она. — Сделай одолжение — расспрашивай свою комнатную собачку, а меня оставь в покое.

— У меня нет комнатной собаки, — сказал он. — Только охотничьи. Они ростом повыше тебя будут. Смотри, Эрм, а тут растет дикий лук. Его можно есть, он совсем не горький.

— Сойдет и лук, — вздохнула она и уселась на камень, пока он выкапывал сочные луковицы. — И угораздило же меня с тобой связаться…

— Нет, меня с тобой, — поправил ее Дагобер и улыбнулся.

Губы Эрм дрогнули, и в какой-то миг ему показалось, что и она сейчас улыбнется, но гнома упрямо мотнула головой, приняв необыкновенно серьезный вид, и достала из рукава ножичек, чтобы очистить лук.

Сидеть в горной пустыне, на берегу реки, на рассвете и лопать дикие луковицы без хлеба на пару с эльфийским принцем — такое мне бы и во сне не приснилось. Все это походило на балладу из области старинных фантазий, но и в старинных балладах ничего не было про поедание диких луковиц. Признаться, я перепугалась, когда обнаружила, что заснула на Дагобере. Папаша был бы в ужасе от такого распутства, да и мне было глупо и небезопасно так раскрывать себя. Но принц дрых без задних ног, и я почти успокоилась, но теперь начались странные расспросы, и страхи мои всколыхнулись с новой силой.

Зачем ему мое имя? Столько дней он прекрасно обходился и без него. И возраст. И про папашу расспрашивает. Зачем? Когда попадем в ближайший город, хочет обвинить меня… В чем обвинить? Разве я что-то сделала? Может, я зря назвала свое имя? Ах, да, он без труда узнает его — ведь Дагобер видел лавку, и знает имя папаши… Тогда зачем?

— Меня уже ищут, — сказал Дагобер, прожевывая луковицу и морщась, — дядя, наверное, шпионов разослал по всем городам. А тетя сама не своя от переживаний.

— Угу, — поддакнула я, тоже морщась, потому что дикий лук горчил и щипал язык, как обыкновенный, садовый. Но я ела его с таким удовольствием, словно он был из меда пополам с уваренной патокой.