Книга Жена палача, страница 11 – Ната Лакомка

— Будут форката Анна Лестраль, форката Эмилия Эльтес, фьера Элизабет Монтес, фьера Селена Карриди…

— Но мужчин туда, похоже, не приглашали, - ответил Сморрет с шутливым сожалением.

— Я обязательно намекну Лилиане, что вы мечтаете побывать у нее в гостях.

— Вы правы – просто мечтаю, - проговорил Сморрет с нажимом.

Наверняка, чтобы я услышала. Он не мог видеть моего лица, и я улыбнулась. Какой настойчивый молодой человек. Очаровательно настойчивый.

На выходе из парка мы распрощались с фьером Сморретом, но шагов через двадцать тётя оглянулась.

— Стоит и смотрит на нас, - хихикнула она, как проказливая девчонка. – Заметила, что он явно принарядился? Красный камзол, золотые часы… Ты ему понравилась, Виоль.

— Камзолу? – пошутила я, чтобы скрыть смущение.

— Фьеру Элайджу, - мягко сказала тетя. – Я это сразу заметила, еще при первой встрече. А он тебе понравился?

— Он очень приятный, очень мило держится, - ответила я уклончиво.

— Что ж, пока остановимся на этом, - сказала тётя с притворным сожалением.

Мы вернулись домой, и не успели ещё снять уличные башмаки, как в прихожую вылетела тётушкина служанка – Дебора. Глаза у нее были огромными и испуганными.

— Что делается, фьера! – быстро зашептала она, помогая нам снять плащи. – Приехал королевский дознаватель, он с фьером в кабинете!

— Фьер Ламартеш? – встревожено спросила тётя. – Разговаривает с моим мужем? Но что случилось?

— Не знаю, - Дебора всхлипнула. – Но он сказал, что когда вы появитесь, чтобы сразу зашли в кабинет.

— Да что такое? – тётя начала развязала ленты шляпки, сняла её и бросила на руки служанке. – Сейчас я к ним поднимусь.

— И форката тоже, - пискнула Дебора. – Королевский дознаватель сказал, чтобы форката тоже зашла.

— Виоль?! – изумилась тётя. – Ты ничего не путаешь?

Но наверху уже раздались шаги, и дядя, перегнувшись через перила, позвал:

— Аликс, дорогая, это ты? Виоль с тобой? Зайдите ко мне в кабинет, пожалуйста.

Мы с тётей переглянулись и поспешили подняться по лестнице.

— Ума не приложу, что там стряслось, - тётя нахмурилась. – Надеюсь, мой муж не наделал долгов!

— Что вы, тётя, - успокоила я её, - дядя никогда не станет рисковать.

— Кто их разберет, этих мужчин? – немного сердито ответила она.

Дядя распахнул перед нами двери кабинета, тётя вошла первой, я за ней.

— Добрый день, фьера Монжере… форката Монжере… - из дядиного любимого кресла навстречу нам поднялся мужчина средних лет, седой, с необыкновенно светлыми глазами на смуглом лице. Взгляд этих светлых глаз, казалось, заглядывал в саму душу. Голос у королевского дознавателя был мягким, негромким, но я сразу поняла, что эта мягкость – видимая.

Я никогда раньше не сталкивалась с офицерами Серого Двора, которые занимались расследованием преступлений, и теперь рассматривала дядиного гостя с любопытством. Он не внушал того страха, что палач, но рядом с ним все мы почувствовали себя неуютно, хотя ни в чем – я уверена! – не были виноваты.

— Аликс, дорогая, - сказал дядя каким-то странным голосом, зачем-то снимая и протирая свои очки, - произошла трагедия…

— Клод, не пугай меня, - тётя схватилась за сердце. – Что произошло? Зачем здесь фьер Ламартеш?

— Позвольте, я объясню, - любезно предложил королевский дознаватель. – Только сначала присядьте, прошу вас, фьера… форката…