Книга Жена палача, страница 143 – Ната Лакомка

— Понимаю, что вы защищаете мужа, Виоль, - оторвал меня от размышлений фьер Капрет. – Понимаю, что долг диктует вам защищать его. Но не беспокойтесь, я освобожу вас. Потому что убийца получил, чего не заслуживал – самую прекрасную и чистую женщину…

— Что? – я изумленно вскинула на него глаза. – Что вы такое говорите, фьер Капрет?

— Я позабочусь о вас, - пообещал он, - когда убийцу казнят, вы станете свободны. И никто не посмеет упрекнуть вас прошлым. Клянусь.

— Вы меня слышите? – я вскочила с дивана, на котором сидела рядом с тётушкой. – Рейнар не убивал Лилиану! Тётя, дядя, вы верите мне?

Тётушка только вздохнула, а дядя пробормотал, что дознание во всём разберётся.

— Я вас слышу, Виоль, - торжественно заверил меня фьер Капрет. – И я обязательно освобожу вас от этого человека.

— Он невиновен! – закричала я, но фьер Капрет попрощался с моим дядей, поклонился тёте и отбыл в суд.

После его ухода дядя попросил Дебору принести вина и выпил, дрожащими руками налив себе полный бокал. Тётя вздыхала и утирала слёзы, а я говорила о невиновности Рейнара, но чувствовала, что говорю в пустоту.

— Зачем этот человек встал на нашем пути? – произнесла тётя, когда я замолчала. – Почему я позволила ему войти в наш дом? Ведь я знала, что ничего хорошего из этого не выйдет.

— Это моя вина, - дядя налил ещё бокал. – Только из-за меня бедняжка Виоль поехала к нему…

— Это не он, это мы встали на его пути, - сказала я гневно. – И я не верю, что он убил их. Нет, только не Рейнар.

— Думаешь, палач не способен на убийство? – спросила тётя и снова залилась слезами.

— Рейнар не убивал, - повторила я упрямо. – И я не позволю, чтобы его наказали без вины.

Но всё это были громкие слова, потому что я ничего не могла сделать. Только через неделю мне позволили свидание с Рейнаром, и я отправилась в королевскую тюрьму, не обращая внимания на мольбы тёти не выходить из дома.

Несмотря на солнечный день, я накинула плащ с капюшоном, надеясь таким образом укрыться от любопытных, но это мало помогло. Меня узнали почти сразу, и я выслушала многое, пока добралась до квартала, где находилась королевская тюрьма. Кто-то жалел меня, кто-то считал, что я действовала заодно с мужем. Горожане даже не старались говорить тихо хотя бы при мне, обсуждая новый скандал.

Я постаралась не замечать этого, но щеки пылали. Как ни надеялась я, что отношение к палачу переменится, люди не желали меняться. Даже те, кто раньше относился ко мне без высокомерия, сейчас спешили отвернуться.

Но кое-кто поспешил не от меня, а ко мне. Я уже подходила к королевской тюрьме, когда дорогу мне преградил фьер Сморрет-младший. Последний раз я видела его на своей свадьбе, когда он наговорил гадостей. Вроде бы, не так давно, но Элайдж Сморрет показался мне призраком, вынырнувшим из далёкого прошлого. Он и выглядел, как призрак – бледный, глаза и волосы казались выцветшими, как после болезни. Может, он и в самом деле болел, а может, казался блеклым, потому что был одет в черное. Я припомнила, что тётушка упоминала о смерти фьеры Сморрет, матери Элайджа. Но убитым горем он точно не выглядел. Впрочем, наверное, я тоже не производила такого впечатления.

— Как ваши дела, Виоль? – спросил Сморрет напористо. – Вы куда-то спешите? Позвольте, провожу.