Книга Жена палача, страница 25 – Ната Лакомка

— Да, спасибо, я проверю, - дознаватель задал мне еще два или три вопроса, после чего распрощался и ушел.

— Какая ужасная осень, - сказала тётя, когда дядя вернулся, после того, как проводил дознавателя. – Что за страшные вещи творятся в Сартене, Клод?

Дядя хмурился и пробормотал что-то непонятное, а я отчетливо поняла, что из-за того, что не догадалась оглянуться – потратить пару секунд, чтобы повернуть голову в сторону двери, смерть фьеры Томазины может остаться такой же тайной, как и смерть фьеры Селены. А что если их убил один и тот же человек? А что, если этот человек не остановится, а я могла остановить его?

— Как же мне жаль, что я не оглянулась в тот момент, - произнесла я медленно, - ведь могла это сделать, почему же не оглянулась?..

— На всё воля небес, - немедленно отозвалась тётя. – Значит, так было надо.

Мы позавтракали в полной тишине и даже не пошли на прогулку – тётя почувствовала себя плохо и предпочла остаться дома. А к вечеру примчалась в легком экипаже Лилиана. Шляпка её была лихо сдвинута набок, вуаль висела косо, а сама моя сестра была так бледна, что могла бледностью посрамить белую лилию, свою тёзку.

— Виоль, во что ты опять впуталась?! – завопила Лилиана с порога. – Весь город болтает, что ты видела убийцу!

Нам стоило огромных трудов успокоить сестру и убедить, что слухи – это всего лишь слухи, и если бы я видела убийцу, то уже сообщила бы об этом дознавателю.

— Какая ужасная осень! – повторила Лилиана слова тёти и начала отчитывать меня: - Я ведь предупреждала! Девушке надо слушать! Слушать, а не пускать в ход язычок! Дознаватель уже два раза приезжает в этот дом, и виной тому – моя болтливая маленькая сестричка!

— Виоль сказала только правду, - заметила тётя. – Её не в чем упрекнуть.

— Упрекнуть не в чем, - забеспокоился дядя. – Но если по Сартену пойдут слухи, что Виоль знает, кто убийца… - он не договорил, потому что тётя выразительно на него посмотрела.

— Не пугай девочку, - строго сказала она.

— Но ей теперь надо и правда быть поосторожнее, - дядя вызвал Дебору и приказал принести графин с вином. – Виоль, с этого дня я не хочу, чтобы ты куда-то отлучалась одна. Только со мной, с тётей или с Лилианой.

— Да, конечно, - прошептала я, впервые понимая, что слухи – это вовсе не безобидная болтовня. И что убийца может и правда решить, что мне что-то известно о нём, и тогда…

— И что теперь? Запереть её? – Лилиана сорвала шляпку и бросила её на диван, на котором сидела. – Это перед самым началом сезона? Невозможно! Невозможно, говорю я вам!

— Лил, - мягко сказала тётя, - ты думаешь совсем не об этом.

— А о чём мне думать? – она возмущенно посмотрела на тётю, потом на дядю, а потом всплеснула руками. – Ладно, она не видела убийцу, но как запретить людям распускать слухи? Теперь от сплетен не отмоешься!

— Пусть будет стыдно сплетникам, а не нам, - отрезала тётя, и сестра обиженно замолчала.

Дебора принесла вино, и дядя налил немного в хрустальную стопку и выпил залпом.

— Мне тоже, - попросила тётя. – Немного, совсем капельку. Ото всех этих ужасов кровь стынет.

— Виоль просто не повезло оказаться не в том месте и не в то время, - сказала Лилиана уже спокойнее. – Как это всё неприятно… Но, между нами говоря, фьера Томазина была отвратительной женщиной. Все знали, что она меняет любовников, как перчатки. Вот и получила по заслугам.