Книга Жена палача, страница 40 – Ната Лакомка

Наконец, мастер Рейнар вышел из гостиной и обратился к тете:

— Теперь никакой опасности для жизни нет, - говорил он очень спокойно, негромко, доставая из своей сумки мешочки с травами и передавая их тете, - фьера Клода может наблюдать лекарь, я больше не нужен. Давайте больному настой из трав – по столовой ложке каждого сбора залить чашкой кипятка, настаивать полчаса и теплым давать по три ложки в день, до еды. Это для того, чтобы предотвратить воспаление и жар. А чтобы кости быстрее срастались…

— Простите, мастер, - извинилась тетя, - разрешите, я все запишу? Боюсь забыть что-нибудь.

Он кивнул, встретился со мной взглядом и тут же отвел глаза.

— Дебора, быстро принеси бумагу и карандаш, - велела тетя.

— Пройдемте в столовую? – предложила я. – Там и записывать будет легче, и я сразу заварю чай. Или вы предпочтете кофе, мастер Рейнар?

Тетя посмотрела на меня, распахнув от удивления глаза, но ничего не сказала. Палач опустил голову, помедлил и ответил:

— Благодарю за приглашение, форката, но – нет. Вы недавно в нашем городе, не знаете всех законов. Я не имею права есть за одним столом с гражданами города и благородными господами.

— Это не закон, - сказала я пылко, не сводя с него глаз. – Это глупый обычай. И я не вижу ничего страшного в том, чтобы вы выпили чашку чая в нашем обществе.

— В самом деле, - поддержала меня тетя. – На улице снова моросит, а вам еще до дома добираться. Вы будете чай или кофе, мастер?

Палач колебался, и я спросила почти с вызовом:

— Надеюсь, наша компания вас не оскорбит?

— Вы еще и шутница, форката, - скупо улыбнулся он. – Я с  удовольствием приму ваше приглашение. Это честь для меня.

— Чай или кофе? – спросила я быстро, уже готовая лететь в кухню за кипятком и заварником.

— Чай, если можно, - коротко сказал он.

Пока тетя записывала под диктовку, чем и как следует лечить дядю, я сама заварила чай, не допустив к этому делу Дебору, поставила перед палачом чашку на блюдце, придвинула сахарницу и молочник.

— …ещё давайте суп из говяжьей и свиной требухи, - говорил мастер Рейнар тёте. – Это поможет костям быстрее срастись. Давайте подогретое молоко, подмешивая в него толченую яичную скорлупу. Скорлупу перед этим вымыть, избавить от пленок, двадцать минут прокалить на огне, потом растереть в пыль, в ступке.

— Хотите лимонных пирожных или соленого печенья? – я указала на корзиночки с лакомствами.

— Нет, спасибо, достаточно чая, - ответил палач и взял чашку.

— Может, снимете маску? – предложила я.

— Думаю, не надо, - сказал он, делая глоток. – Чай очень вкусный. Еще раз благодарю.

Повисла неловкая пауза, и я лихорадочно соображала, о чем завести разговор, чтобы снять напряжение, но меня опередила тётя.

— Вы так помогли, мастер Рейнар, - сказала она искренне, - я очень вам признательна. Примите десять сольеров в качестве компенсации за ваши заботы…

— Не приму, - ответил палач и поставил чашку. Чашка осталась почти полной. – Не приму, фьера, - повторил он и быстро взглянул на меня. – О деньгах уговора не было. Еще раз спасибо за угощение, но мне пора. Не хочу добираться до дома в темноте.

Он попрощался с тетей, она снова начала благодарить его, а я стояла столбом, краснея всё больше и больше. «О деньгах уговора не было». Конечно, уговор был кое о чём другом…