Книга Жена палача, страница 89 – Ната Лакомка

Это было сказано так, что я не осмелилась расспрашивать – кого же пришлось вылечить сартенскому палачу, кто был настолько дорог королю.

Коляска выехала за город, проехала по знакомой мне дороге, и вот уже мы подъезжаем к рябиновому холму.

— Здесь коляску придется оставить, - сказал Рейнар, когда мы остановилась у подножия холма.

Он спрыгнул на землю и помог выбраться мне. Тут же подвели черного коня под дамским седлом, и Рейнар легко усадил меня на коня, перебросив подол моего платья через лошадиный круп, чтобы не зацепился за валежник. Сам он взял коня под уздцы и повел его вверх по склону.

Темнота поглотила коляску и королевских гвардейцев, какое-то время я слышала ржание лошадей и звон конской сбруи, а потом остались лишь прохлада ночного леса и шелест листвы.

Конь ступал почти бесшумно и очень ровно, так что мне не пришлось прилагать особых усилий, чтобы удержаться в седле. А может, в этом была заслуга не коня, а его хозяина, который шел по тропе вверх так уверенно, будто видел в темноте не хуже кошки.

Я с трудом могла разглядеть Рейнара, ведущего коня под уздцы, но зато в моей памяти с необыкновенной ясностью всплыла стычка со Сморретом. Рейнар ударил его. Сильно, жестоко. Да, он может быть жестоким. Со мной Рейнар всегда был нежен, и поэтому я постоянно забываю, что он – палач, убийца. Сегодня за праздничным столом он так сильно сжал мою руку… Но в этом жесте не было жестокости. Ничуть не было. В груди всё сладко затрепетало, когда я вспомнила, как он захватил в плен мою руку. Что это если не волшебство, о котором форкаты рассказывают друг другу шепотом, фантазируя и мечтая?.. И что я почувствую, когда сартенский палач захватит в плен меня?.. Сделав своей…

Впереди засиял мягкий оранжевый свет, и мы оказались перед домом, над крыльцом которого горел фонарь, указывая путь. Дверь был распахнута, и в прихожей тоже горели светильники – как будто нас ждали.

Рейнар остановил коня, помог мне опуститься на землю, а потом подхватил меня на руки.

— Мужу полагается перенести жену через порог своего дома, - сказал он и поднялся по ступеням.

Я обняла его за шею, когда он переступил порог, и старалась дышать ровно, чтобы не было заметно, как я волнуюсь и… боюсь.

— Надо увести коня в стойло, - Рейнар бережно поставил меня на ноги. – Идите в спальню, Виоль. Я скоро приду.

Он вышел из дома, а я застыла в прихожей у самого порога.

Мне надо подняться в спальню, потому что скоро придет мой муж. Мне надо подняться в спальню, вынуть шпильки из прически, расчесать волосы и раздеться… Время шло, а я продолжала стоять в прихожей, не решаясь сделать ни шага. Только сейчас я поняла, что вряд ли смогу избавиться от платья самостоятельно. Почему тётушка не отправила со мной служанку?

Где-то снаружи всхрапнул конь, а потом раздался успокаивающий голос Рейнара. Сейчас мой муж вернется, увидит, что я даже не потрудилась снять платье и решит… решит, что я не желаю исполнения супружеских обязательств…

Приподняв юбку, чтобы не наступить на подол, я взбежала по лестнице, ворвалась в спальню и принялась безжалостно вытаскивать шпильки, крепившие фату. Кое-как избавившись от фаты, я постаралась расстегнуть платье, но смогла справиться только с тремя верхними пуговицами на спине, а до остальных не могла достать, как ни старалась.