Книга Баран и жемчуг, страница 126 – Ната Лакомка

— Хорошо, не буду, – пообещала я. – До замка. А при помощи стиля Сегюров мы можем убедить любого и во всём. Посмотришь на человека и говоришь ему: будь добр, сделай то-то и то-то. И человек делает, по своей воле, хотя и не собирался. Потом, конечно, думает, что его околдовали… Так и есть, собственно… Отец потому и ушёл с королевской службы, потому что считал, что нечестно использовать свой дар в политических целях.

— Подожди, – Морис помотал головой. – То есть и ты так можешь?

— А как, по-твоему, я смогла бы получить столько кредитов и отсрочек по платежам? – ответила я ему вопросом на вопрос. – Да и просто… по мелочи…

— Ушам своим не верю, – сказал он.

— А как иначе я уговорила, чтобы ты позволил привязать себя к кровати? А когда мы осматривали тисовую рощу? Ты ведь не хотел сначала.

— Может, ты меня и соблазняла при помощи чар?

— Пыталась, – призналась я честно. – Но на тебя почему-то не всегда действовало. В самый первый день я хотела, чтобы ты уехал, а ты почему-то чарам не поддался. И потом… не всегда поддавался.

— Чёрт знает, что такое! – ругнулся он в сердцах.

— Вот не надо по чертей именно сейчас, – поругала я его и ещё раз укусила за ухо – не сильно, лишь прикусила мочку, чтобы услышать, как он с присвистом втянет воздух сквозь зубы и покрепче подхватит меня под бёдра. – Сейчас я вас не очаровываю, сэр Мюфла, а вы резвы, как барашек.

— Рощу мы ещё не прошли, – напомнил он, и я присмирела.

— Это очень полезный дар, – теперь я почти оправдывалась. – Знаешь, мой отец всегда умел поладить с мальчишками, которые разоряли птичьи гнёзда, или успокоить ссорившихся горожан. И всегда мог рассмешить маму, когда она сердилась на меня за мои выходки.

— Разве для этого нужно волшебство?

— Ты прав, – согласилась я, – ну его, это волшебство. Страшно представить, что произошло бы, отправь я тебя из Сегюра в первый же день.

— Меня колдовскими штучками не проймёшь, – хмуро заявил он.

— Но ты поддался чарам, когда мы тебя лечили, – не удержалась я от поддразнивания. – Хотя… наверное, подействовало, потому что ты был пьян.

— С этого дня – пью только воду, – заявил он.

— Не волнуйся, с сегодняшнего дня я никогда не применю дар феи по отношению к тебе. Если только будет крайняя необходимость…

— Никакой необходимости! – так и взвился он.

— Спокойно, спокойно, – я погладила его по плечам, по груди, и рука моя наткнулась на кожаный мешочек, висевший на шнурке.

Там лежало кольцо короля, я уже знала, но… лежало и ещё что-то…

Пока Морис ничего не сообразил, я вытащила шнурок из-под рубашки, распустила тугую вязочку и… достала бисерную ладанку. Такую знакомую…

— Это… это – моего отца! – воскликнула я и задёргала ногами, требуя опустить меня на землю.

Морис поставил меня на ноги и выглядел смущенным. Да что там! Он покраснел, как варёный рак.

— Твой отец попросил вернуть, – неловко объяснил он, – но я её присвоил. Хотел сохранить на память о тебе… после того, как узнал, что ты – Маргарет Сегюр.

Когда я начала хохотать, он перепугался. И это рассмешило меня ещё больше.

— Мои чары… против моих же чар… – еле выговорила я между приступами смеха. – Я пыталась очаровать тебя при помощи дара феи, но не подозревала, что у тебя – мой амулет против очарования… Запечатанные чары… Мои же запечатанные чары… Да уж, только такой баран, как ты, мог провернуть подобное. А я, бедняжка, воевала сама с собой…