Книга Королевская кровь. Книга 2, страница 150 – Ирина Котова

Ани заледенела, не позволяя себе дернуться или отвести руку. Или взгляд. В кончиках пальцев запульсировала горячая злость, ветер стал сильнее, зашумели волны. Если он еще двинется, она его ударит. И плевать, что потом ей будет не выбраться с пляжа.

— Я пойду искупаюсь, — произнесла она очень ровно, не отводя глаз. Он улыбался, и она медленно встала, пошла к лазурной воде. Дракон низко засмеялся ей в спину:

— Беги, принцесса. На этот раз я не стану тебя ловить.

Она снова долго плавала, пока не успокоился ветер и волны не стали снова мягкими и ласковыми. Он уже обернулся, и ждал ее, пока она вытиралась, одевалась. Донес ее до дворца, и Ангелина быстро ушла к себе. День все равно был чудесный. И да, он был прав. Она не покорится.

Святослав

Субботнее утро обещало быть солнечным. Святослав Федорович проснулся очень рано, еще в темноте, быстро оделся и вышел в парк. Долгий путь от своих покоев до фамильного кладбища Рудлогов он изучил уже так хорошо, что мог бы пройти его с закрытыми глазами.

Он шел к своей Ирине, как ходил все эти две недели с момента возвращения его во дворец. Приходил, сидел, рисовал наброски, вспоминал. И возвращался к дочерям к завтраку. И старался не реагировать на тревожные взгляды, которыми обменивались родные.

Он сел на скамейку перед могилой, прикрепил лист на планшет, и в утренних сумерках снова стал рисовать. Он никак не мог уловить ту идею, которую хотел воплотить в мемориале. Для него Ирина навсегда осталась юной королевой, которую он впервые увидел в начале своей работы королевским архитектором. Он помнил, как она посмотрела на него — изучающе, внимательно, как улыбнулась, когда приняла решение. Уже тогда в ней чувствовалась совершенно несокрушимая сила. И при этом удивительная, завораживающая, мягкая женственность.

Это он и хотел передать, и никак не мог.

Сбоку раздались шаги, человек остановился, словно в нерешительности. Затем подошел к могиле, положил цветы, сел рядом.

— Я знал, что встречу вас рано или поздно, — сказал Святослав, поднимая глаза на Стрелковского. — Цветы до сих пор передавал сторож, но я был уверен, что вы придете сами.

— Здравствуйте, Святослав Федорович, — спокойно ответил Игорь, не поворачивая головы. — Вы просто поговорить, или случилось что-то?

— Полина пропала, — медленно проговорил Святослав, изучающее глядя на бывшего начальника разведуправления. — В Бермонте. Вчера пришло известие.

Они помолчали.

— И давно вы знаете? — спросил Игорь глухо.

— Да уж девятнадцать лет как, — Святослав усмехнулся. — Она совсем не похожа на меня. Лоб, разрез глаз, нос — все ваше. А потом и характер. Я же помню вас еще по молодости. Та же энергия, страсть к спорту.

Они снова замолчали, глядя на могилу женщины, которую оба так сильно любили.

— Мы тогда год как поженились, — продолжал бывший принц-консорт, — и были счастливы. Я точно был счастлив. А после одной ночи она сильно изменилась. Так, что я думал, что не удержу ее. И потом родилась Полина.

— Я любил ее, — сказал Стрелковский.

— Ее нельзя было не любить, Игорь Иванович.

— Но не уберег.

Снова молчание мужчин, объединенных общим прошлым и одной женщиной.

— Что вы рисуете, Святослав Федорович?

Святослав показал наброски.

— Вот. Но все не то, Игорь.

— Да.