Книга Королевская кровь. Книга 2, страница 210 – Ирина Котова

— Матвей, — вдруг спросил Дмитрий, когда они вышли из университета и направились к общежитию, по выложенной булыжником дорожке, мимо огромных типанов, раскачиваемых свежим и влажным осенним ветром. — А ты чего вокруг Богуславской так вертишься? Понимаю, что не мое дело, но реально глаза на лоб лезут, когда вижу, как ты ее обхаживаешь. Девочка хорошая, но тебе ж совсем другие нравились. Высокие, с фигурой. А тут прям не отлипаешь. Я-то только рад, в смысле, она не стерва и не истеричка, как твоя последняя, но сам-то что думаешь?

Ситников искоса взглянул на друга — тот смотрел непривычно внимательно и серьезно.

— Да сам не знаю, Димыч, — сказал он со вздохом. — Все время тянет проверить, все ли с ней в порядке.

Поляна хмыкнул, достал сигарету, и они остановились у крыльца общаги, закурили.

— Может, это, в тебе отцовский инстинкт вдруг проснулся? — полушутя поинтересовался Поляна, отрешенно глядя на рваные облака, бегущие по светлеющему небу. — Может, тебе пора уже жениться и своих карапузов заводить?

Ситников глянул на него, как на полоумного.

— Ты не шути так, Димыч, ага?

Он подумал, подумал, вздохнул снова.

— Нее, это точно не отцовский инстинкт.

Мариан Байдек

Барон Байдек уже с утра чувствовал знакомое раздражение. Вокруг было слишком много людей. Вокруг него и его Василины.

В ночь с пятницы на субботу вставала полная луна, и ему уже было сложно себя контролировать. С самого утра он не мог отойти от жены, ходил за ней, стараясь, чтобы это не выглядело слишком очевидным. Утренние упражнения и долгая пробежка лишь немного успокоили его. А нужно было еще переждать посольскую встречу, будто нельзя было ее отложить, и только потом ехать в поместье.

Там все было знакомо, и единственными мужчинами вокруг были старый конюх да Симон, который уже воспринимался как родственник и не вызывал желания рычать.

Он привычно зажал своего зверя в тиски воли, полюбовался супругой, сидящей перед зеркалом. Василина в отражении ответила ему понимающим взглядом и улыбкой. Она перед этим одевалась к встрече, и выбрала совершенно глухое платье, длинное платье. Чтобы, не дай Боги никто на нее не посмотрел дольше, чем нужно.

Мариан всегда сдерживался, но ему было нелегко, и ей не хотелось дразнить медведя.

— Я проведаю детей, — сказал муж, — и вернусь.

Василина чуть заметно кивнула, стараясь не мешать парикмахеру, укладывающей ее волосы в сложную прическу.

Встреча начиналась в одиннадцать утра, и в малом зале уже ожидали министры, помощники, послы дружественных стран, лидеры фракций, придворные чины. Все были с женами. Прием был не деловой, скорее, он являлся выражением монаршьего расположения, и давал возможность пообщаться всем в относительно свободной обстановке.

Королева была величественна, сдержана и любезна со всеми, беседовала непринужденно, к ней подходили, благодарили за чудесный прием. Марина тоже была здесь, активно разговаривала с кем-то по поводу скачек. Прием проходил скучно и до зевоты тихо. Но Байдек все равно напрягался, когда какой-нибудь мужчина оказывался слишком близко к его Василине.

Временами он слышал чью-то громкую речь, смутно знакомую, но видно из-за голов не было. Потом разглядел — Кембритч. Виконт был неприлично весел и накачивался шампанским, широко жестикулировал, смеялся, обнимал свою разряженную спутницу. На него уже косились, и барон нахмурился, оглянулся в поисках Тандаджи. Пусть тидусс усмирит подчиненного, пока тот не устроил скандал. Василина расстроится, а этого ему очень не хотелось. Но начальника разведуправления нигде не было. Только что ведь был, и исчез.