Книга Королевская кровь. Книга 2, страница 335 – Ирина Котова

Все-таки Мартин настоящее чудо. Как он чувствует нас, бесконечных бедняжечек, которым срочно нужно его теплое сердце и мужское обаяние? Вот и сейчас, повел ее танцевать, и Катя, уходя, оглянулась, сделала страшные глаза, словно говоря «Я в шоке от восторга». Иди, иди, Катя, тебе он сейчас нужнее, чем мне.

Я лениво оглядывала зал, отметив, что Демьян танцует с Полиной, а стоящие у стен гости шепчутся, поглядывая на них. Видимо, скорая помолвка ни для кого не станет сюрпризом. Впереди было еще торжественное поздравление от высочайших гостей и их делегаций, затем ужин, и снова танцы — до тех пор, пока последний гость сможет держаться на ногах. Королевская чета удалится сразу после ужина, как и остальные монаршьи особы, и тогда начнется не сдерживаемое строгостью старших танцевальное веселье для молодых, под присмотром распорядителя и статс-дам, конечно, чтобы не выходили за рамки приличий.

Я аккуратно пила лимонад, когда закончилась музыка и загремели трубы, извещая о начале торжественной части. Танцующие отступили к стенам, Демьян довел поблескивающую глазами Полину до места рядом со мной, поцеловал ей руку и удалился к своим.

— Я словно в сказке, — сообщила мне сестричка, когда второй раз зазвенели трубы, и мы встали, чтобы наблюдать за поздравлениями. Василина начала принимать подарки от королей и их свиты. Я снова обвела глазами зал. Март и Катерина были далековато, и пройти сюда до окончания церемонии уже не было возможности.

А чуть ближе, у самой стены, стоял Кембритч. В темном костюме, высокий, прямой. Вокруг него была пустота — гости избегали становиться рядом, будто он был чумной, но он словно не ощущал этого. Он посмотрел на меня, и я оцепенела, криво усмехнулся, опустил взгляд — и меня отпустило, снова поднял, резко, прямо, и воздух вокруг меня будто вспыхнул, обжигая, заставляя задыхаться.

— …преподнести Вам эти прекрасные ковры от лучших мастериц эмирата Тайтана…

Что же ты делаешь со мной, Люк, что я совершенно теряю себя? Зачем ты вообще появился в моей жизни?

Сжатые до боли кулаки, и напряженное тело, до боли в мышцах, в затылке. Жар и холод, и только я и он, и никого больше вокруг.

— …дорогая сестра, это последняя работа Вольдемара Зенгрента, шедевральная картина…

Голоса сливались в гул, и я выхватывала лишь фрагменты поздравлений, не в силах отвести глаза, и не желая этого делать. Казалось, еще немного, и я просто пойду туда, к нему, чтобы встать рядом.

— Ваше Величество, это подарок для ваших сыновей, — голос почти детский, девичий, застенчивый, — маленький охотничий рог.

— Благодарю вас, — мягкий ответ Василины.

— Попробуете? — смущенная просьба, кажется, вокруг умиляются смелости юной дарительницы.

Я с усилием отвела взгляд, и только Боги знают, чего мне это стоило. Успела увидеть и дарительницу — совсем молоденькую девушку, внучку блакорийского герцога, прибывшего с Гюнтером, и улыбающуюся Василину, подносящую изящный рог к губам, и вдруг нахмурившегося и дернувшегося вперед Демьяна, и ойкнувшую Полинку. Зал разрезал пронзительный, тоскливый звук, и гости оглушительно зааплодировали, да так громко, что затряслась наша ложа.

Демьян что-то рычал своим людям на бермонтском, затем прыгнул — буквально прыгнул к Мариану и заорал на него: