Книга Королевская кровь. Книга 2, страница 82 – Ирина Котова

Она даже забылась немного, погрузившись в болезненную дрему, скорчившись еще сильнее и сжимая зубы, чтобы не начать позорно постанывать, но услышала-таки тихие шаги, повернулась. Дракон выбрал самое удачное время для визита.

Он стоял у кровати, смотрел на нее, а ей хотелось заорать, чтобы он убирался к демонам, запустить в него подушкой, но Ани промолчала, вытянула ноги, хотя все внутри скрутило от боли, приподнялась и села. С прямой спиной, как обычно.

— Тебе больно, — он не спрашивал, а утверждал. — Что случилось?

— Я собиралась поспать. Вы не могли бы зайти позже? — ответила принцесса, вставая. Сидеть и смотреть на него снизу вверх было неприятно. Как будто она собачка у ног хозяина. Хотя и сейчас он возвышался над ней, рассматривая в своей обычной манере, немного склонив набок голову. Потянул носом воздух:

— У тебя лунные дни? Тебе из-за этого плохо? Я могу помочь.

Такта в нем было хоть отбавляй.

— Нории, — она остановилась. Как без смущения объяснить существу, немыслимо далеко отстоящему от тебя по культуре, что подобные вещи обсуждать с мужчинами не принято, что это сугубо интимная тема? Никак. Поэтому продолжила совсем о другом:

— Раз вы отказываетесь уходить, присаживайтесь. Я хочу с вами поговорить.

Закружилась голова, и она моргнула несколько раз, чтобы восстановить резкость. Владыка-дракон вдруг оказался очень близко, придержал ее за спину. И тотчас стало прохладнее, будто ее жар утекал в его ладонь.

— Нет ничего постыдного в том, чтобы иногда быть слабой, сафаиита, — пророкотал он, а его лицо расплывалось — голова кружилась все сильнее. — Ты не можешь просить, но я помогу и без просьбы. Ляг.

— Со мной все в порядке, — упрямо сказала она. — Отойдите и не прикасайтесь ко мне.

— Ляг, женщина, — сказал он, — и хватит спорить. Если захочешь, я никогда не вспомню об этом. Но в моем доме тебе никогда не должно быть больно.

— Уберите руку, Нории, — тихо и сердито произнесла она, с жесткостью глядя в зеленые глаза и не собираясь отступать. — Уберите немедленно. Сядьте в кресло и выслушайте меня.

Он с неодобрением покачал головой, как-то перехватил ее, поднял на руки и уложил на постель спиной вверх.

— Кажется, только силой можно заставить тебя не вредить себе, — говорил он, прямо через одежду больно и умело нажимая на какие-то точки на спине, — до чего же упрямая женщина. Красный щедро отпустил вам силы духа, но забыл добавить благоразумия.

Спину отпускало, перестал дергать болью живот, и он поднялся выше, к сочленению между шеей и плечом, нажал большими пальцами так, что у нее чуть не брызнули из глаз слезы. Но она молчала — кричать и вырываться было глупо. И недостойно.

— Женщина должна уметь плакать, — сказал он, проворачивая пальцами на болезненных точках, — должна уметь просить о помощи, должна быть мягкой, а не подобной холодной скале. У тебя плечи, как камень, потому что ты несешь на себе целый мир, и не хочешь никому доверить эту ношу. Спи, принцесса. Повоюешь со мной потом. Будь сейчас слабой, никто не узнает, обещаю.

«Главное, что ты уже знаешь», — подумала она, но глаза закрылись, голова затуманилась. Больше ничего не болело, и жарко не было. Было хорошо.

Нории вышел из покоев упрямой невесты, чувствуя, как пульсирует тело от впитанного беспокойного огня, прошел мимо поворота к гарему, решив, что сегодня на ночь нужно взять женщину, а то и не одну, и отправился на свою половину. С утра начали слетаться выжившие драконы его клана, и долг хозяина требовал принять их и поговорить.