Книга Королевская кровь. Книга 4, страница 204 – Ирина Котова

— Вот что, — заявила она, успокаиваясь. — Я, Игорь Иванович, в Управлении останусь. Но при условии. Что вы по возвращении начнете посещать психиатра. Проведете лекарственную терапию. И заведете любовницу. Регулярную. Как раз у вас есть время подумать. Если считаете себя виноватым — вот вам способ вину искупить.

Он усмехнулся и встал. Ему вдруг стало легко.

— Пойдемте на улицу, капитан, — сказал он. — Я сейчас буду звонить телепортисту, так что прощайтесь с матерью.

Он слушал гудки — а за его спиной старшая Дробжек горестно выдохнула — «ой, дуреха!» и, судя по придушенному звуку, напутственно и крепко обняла дочь на прощание. Под ногами северянок скрипел снег, было темно и тихо, на той стороне озера горели окна еще чьего-то дома — и из этой тишины они с напарницей шагнули обратно в Управление, уже оживающее и гулкое. Через несколько минут на плацу у казарм было произведено первое гвардейское построение, проведен инструктаж о поведении на территории Бермонта и представлена Люджина как заместитель командира отряда.

И к чести двадцати опытных бойцов, ни у кого из них даже мысли не мелькнуло, что это место получено иначе, чем за боевые заслуги капитана Дробжек.

В семь утра от командующего гарнизоном замка Бермонт пришло согласие на присутствие личной гвардии. Полковник Хиль Свенсен в сопровождении офицеров лично встретил рудложский отряд у телепорта, мрачно оглядел солдат, поздоровался за руку со Стрелковским и приказал служивым во главе с Дробжек следовать за Леверхофтом, обустраиваться, пока командиры будут обсуждать принципы безболезненного и бесконфликтного взаимодействия. Игорь, не откладывая, попросил показать ему место преступления, перед тем, как его проведут к покоям королевы.

— Узнали, откуда нападавший? — спросил Стрелковский, когда Свенсен нехотя решил-таки уважить просьбу коллеги.

— Бьерн Эклунд, отшельник, жил в лесу на западе страны с женщиной и детьми, — Свенсен вел коллегу по холодным, пустым коридорам, к залу, в котором проходили бои. — Ночью мои ребята вылетели к его дому, жду звонка. В зале сейчас работают люди, следователи и врачи. Из берманов к покойнику близко никто не подойдет.

— Почему? — недоуменно спросил Игорь.

— Мы боимся, полковник, — резко ответил Свенсен, распахивая двери тронного зала. Игорь поморщился — сильно пахло кровью. В помещении работали люди — фотографировали, делали записи. Тело лежало у стены, рядом находились носилки — видимо, готовили покойника к транспортировке.

Они остановились неподалеку — видно было, что берману не по себе. Игорь тоже не стал подходить ближе.

— Что там, сержант? — спросил командующий гарнизоном.

— На ногтях вязкий лак, — доложил следователь. Игорь как раз смотрел на широкую ладонь покойного, виднеющуюся из-под скатерти. Почти лапа — с выпущенными темными когтями, широким запястьем. — Взяли образец, проведут тесты, но, скорее всего, это и есть штамм бешенства. Уносим, господин полковник?

— И поскорее, — рыкнул Свенсен. Отвернулся и поспешно пошел на выход. Игорь зашагал за ним.

В коридоре у бермана зазвонил телефон.

— Да, — сказал он в трубку. Выслушал говорящего, помрачнел еще больше. — Понятно. Вылетайте, да. Нет, самим не атаковать. Организуйте наблюдение, я вышлю к вам магов для задержания.