Книга Королевская кровь. Книга 4, страница 23 – Ирина Котова

Ну же. Не трусь, Марина. Ты же Рудлог.

— Во дворец? — спросил Мартин сонным голосом. Он, похоже, тоже задремал, а теперь потягивался, и под моей щекой играли мышцы.

— Во дворец, — кивнула я и с неохотой встала. — Я уже говорила тебе, что ты идеальный мужчина?

— Зачем повторять очевидное? — фыркнул он, тряхнул своей лохматой головой и широко, насмешливо улыбнулся.

Дома я первым делом нашла своих охранников, извинилась перед ними, делая умильные глаза — ребята смотрели сурово, неодобрительно — и попросила забрать свою машину. Потом покурила и, набравшись смелости, пошла к Ани в покои. Она сидела в гостиной, что-то писала, напряженная, сердитая — о, как я хорошо знала это выражение лица и эту напряженную спину. Перед ней стояла чашка с чаем, блюдце с печеньем, но непохоже, что к нему притрагивались. Сестра подняла на меня глаза, молча кивнула.

— Я неправа, да, — произнесла я сразу, как переступила порог. — Извини. Я просто дико разозлилась, Ани. Боялась, что наору на тебя или что скажу что-то гадкое.

— Где ты была, Марина? — спросила она устало. И чуть расслабилась, и лицо стало спокойнее. И снова я поняла, что она за меня переживала.

— С Мартином, — призналась я, бросая сумку в кресло и усаживаясь на подоконник — сестра подняла брови, но промолчала. — Почему ты ничего не сказала мне, Ани?

— Я бы сказала, — проворчала она, пододвигая к себе чашку с чаем, — если бы ты не сбежала с завтрака раньше, чем пришла я. И если бы ты брала трубку.

— Так… ты выйдешь за него?

Она покачала головой, и мне стало стыдно. И стыдно было, пока она пересказывала мне условия их договора, хоть и злилась я по-прежнему.

— Два месяца. И он согласился?

Как он мог на это согласиться? Как он, черт подери, мог отказаться от меня на такой срок?!

— У него не было выбора. Марин, — терпеливо объясняла мне Ангелина, — я постаралась здесь учесть интересы всех. Мы избегаем внимания журналистов, ухудшения отношений с Инляндией, умиротворяем Василину. Но прежде всего этого требуют приличия. Все должно быть красиво.

— Конечно, — пробормотала я и улыбнулась через силу. Подтянула ноги на холодный подоконник, обхватила их руками. — Я все понимаю, Ани.

Это же Ангелина. Она все делает как надо.

Я действительно все понимала. Но это не мешало мне испытывать какой-то невероятной силы ярость.

«У детки из-под носа опять увели игрушку?»

«Заткнись, а?»

— Не сердись, — попросила Ангелина мягко. Она аккуратно взяла чашку, сделала несколько глотков. — Два месяца для отношений — не срок.

— Да каких отношений, Ани? — не выдержала я. — У нас нет пока никаких отношений. А за это время всякое может случиться.

Ани опустила глаза и аккуратно откусила мягкое шоколадное печенье.

— Понятно, — сказала я чужим и бесцветным голосом. — Ты и это предусмотрела, да? Думаешь, уйдет дурь из горячей головы, и я успокоюсь? Перегорю? Так вот что главное?

Она совершенно прозрачным, уверенным взглядом посмотрела на меня.

— Я буду рада, если это будет не так, Мариш, — произнесла она очень внятно. Я со стоном обхватила голову руками и потрясла ею.

— Боги, Ани. Ты чудовищна. Это совершенно, абсолютно, просто невозможно выносить. Неудивительно, что драконы тебя вернули. Ты их всех построила, да?

Кажется, ее пальцы дрогнули — а мне было смешно и горько одновременно. И я почти не могла дышать — от обиды, совершенно детской обиды, хоть и обещала себе, что выслушаю ее спокойно. Поэтому сунула ладонь в карман, щелкнула нащупанной зажигалкой, протянула руку.