Книга Королевская кровь. Книга 4, страница 49 – Ирина Котова

Бермонт задумался и неохотно кивнул. Он не любил делиться информацией.

— Следующий вопрос по заговорщикам, — снова заговорил Гюнтер. — Вынужден признать, что расследование буксует. Тот, кто советовал девчонке купить манок, убит, магазин, в котором она покупала его, сгорел. Я сам ментально прочитал ее — но никаких зацепок, кроме имени этого советника, чтоб его. Проверяем все его контакты, всех родственников читают менталисты — они чисты. Так что пока нечем вас обрадовать. Василина, может, ты поделишься успехами своих спецслужб?

Королева покачала головой.

— Расследование еще идет, отчета жду со дня на день, коллеги. Об успехах говорить рано. Как только будет отчет, я поделюсь.

— Плохо, — вежливо высказал общее мнение Хань Ши, и она почувствовала себя школьницей на уроке. Улыбнулась сдержанно и пожала плечами.

— Моя разведка делает все, что может.

— Я не упрекаю тебя, сестра, как и тебя, Гюнтер, — мелодично пояснил император, — но всех призываю к осторожности. Мы дали нашим врагам достаточно времени, чтобы оправиться и решиться на новый удар. Нужно нам всем быть начеку.

И он легко и наставительно поднес указательный палец к уголку своего узкого глаза.

Мариан ждал свою королеву в выделенных им комнатах здания военной части в Великой Лесовине. Они с сопровождающими придворными, конечно, могли бы остановиться в любой из гостиниц, да и губернатор был бы счастлив предоставить им свой дом, но по традиции королевская семья становилась вровень со служащими им офицерами.

«Они должны видеть, что мы относимся к армии без пренебрежения, — наставляла дочерей королева Ирина, — поэтому мы должны жить там, где живут они, есть то, что едят они».

— Справилась? — спросил муж, когда Василина вышла из телепорта и, коротко поблагодарив открывшего проход мага, отпустила его.

— С каждым разом все проще, — со смешком поделилась королева, снимая длинный серый жакет и расстегивая верхние пуговицы белоснежной рубашки, приятно пахнущей чистотой. — Я, кажется, поняла секрет — надо сидеть с невозмутимым лицом и по большей части молчать. Там есть кому поговорить.

Принц-консорт усмехнулся. Он был в парадной форме — впереди была речь супруги перед построением, парад, награждение частей и торжественный обед с высшими военными чинами. И уже после этого, когда наевшиеся генералы и полковники смогут подремать у себя в кабинетах, королева навестит больницы Лесовины, пообщается с горожанами — чтобы узнать, как продвигается реставрация домов, ведь этот город больше всего пострадал от прошедшей серии землетрясений. А уже завтра они выдвигаются в первую из запланированных к посещению частей в глубинке Севера. И на неделе будут недалеко от имения Байдек.

— Странно быть здесь и не заехать домой, — сказала Василина словно в ответ на его мысли, подошла, осторожно потерлась щекой об его плечо — чтобы не запачкать китель помадой. — Хотя бы переночевать. Я там душой отдыхаю, Мариан.

— Если захочешь — заедем, — ответил он спокойно. — Здесь тебя так любят, что поймут.

Она со вздохом покачала головой, отошла и стала раздеваться. Нужно было успеть принять душ до того, как придет стилист поправить ей прическу и макияж.

Ровно в два часа дня она, одетая в строгое теплое пальто шинельного типа, в строгой шляпке, в сопровождении Мариана, офицеров и придворных, вышла на трибуну, установленную на центральной площади Великой Лесовины. Подняла руку в приветствии, заулыбалась — огромные экраны демонстрировали ее мягкую улыбку военным и собравшимся у ограждений, несмотря на холод, жителям северной столицы. Загрохотали барабаны, зазвенели трубы — и королева едва не дернула плечами, но спохватилась, чтобы не ежиться от волнения. Перед ней, выстроившись для прохождения парада прямоугольниками, стояли тысячи служивых всех родов войск. Был там и Северный Егерский Полк, в котором служил Мариан и чью эмблему надел, несмотря на то, что нес службу сейчас в гвардейском королевском полку. История повторялась — только десять лет назад говорила она перед десятками солдат и офицеров на Форелевой заставе, а сейчас их было больше, гораздо больше, и все, вытянувшись, ждали, что она им скажет.