Онлайн книга «Королевская кровь. Книга 5»
|
И потянулись дни томительного ожидания и звенящего одиночества. Осень теплыми руками будила принцессу по утрам, гладя солнечными лучами по лицу и телу, и бархатными сладкими ночами звала в постель. Осень звенела журавлиными криками, парила дымом из маленькой бани на берегу пруда — водопад с крыши лился прямо в водную гладь, создавая прозрачную стену. Осень приносила тысячи мыслей и удивительно выстраивала их в четкую систему, отделяла шелуху, всматривалась в пруды золотым оком солнца и уносила тревоги. Одиночество и золото великолепного леса незаметно и очень легко сняли броню, которой принцесса закрывалась от людей — здесь не было в ней нужды, — заставили ее всматриваться в окружающий мир и в себя, и с каждым днем взгляд этот становился все пристальнее, все безжалостнее и откровеннее. Звонки на работу и домой лишь немного отвлекали от молчаливого созерцания, в которое погрузилась принцесса. Не отвлекали ее и служанки, тихими тенями проходящие по павильону, приносящие еду и любимый чай, убирающие в покоях, когда она уходила на прогулки по солнечному затихающему перед зимой лесу. Приносили девушки и подарки от императрицы. Шкатулку с мазями, тонко пахнущими древесными и травяными оттенками. «Это для красивых снов, госпожа», — тихо шептала служанка, кланяясь и протягивая дар. Шелковые легкие наряды, холодных синих и огненных красных цветов, оттеняющих бледную красоту Ани. Гребень с бирюзовыми украшениями, от которого голова становилась легкой. Милые и ни к чему не обязывающие вещи, знаки внимания и того, что о гостье не забыли. Через несколько дней сжатая пружина внутри растаяла в тонкой золотистой дымке над прудом, и Ани перестала дергаться из-за времени, которое она теряет и которое проводит не с семьей. Она прогуливалась по шелестящим аллеям, расслаблялась в пару бани, читала книги на йеллоувиньском — в павильоне нашлась целая библиотека с легендами и историями из прошлого желтой страны, и принцесса внезапно увлеклась жизнеописаниями хитрых и мудрых императоров, их битв — дипломатических и военных, рассказами про их жен. Пустой павильон напротив смотрел черными окнами, поблескивающими на солнце, и Ангелине иногда казалось, что там тоже кто-то гостит. Но он был слишком далеко, чтобы быть уверенной точно. Ленивая огненная осень мягко просила отдохнуть, расслабиться, потеряться, вглядываясь в причудливые корни деревьев или в невозможно прозрачное небо с широкими перьями тонких облаков. Но Ангелине Рудлог было мало движения — в ней копилась нерастраченная энергия, требовала выхода. И принцесса в один из дней после посещения парной, где размякла до невозможности, где служанки промяли ее, вправили ей все косточки, вышла прямо под водопад и спустилась в пруд — сначала по щиколотки, потом по колени, по бедра — и, наконец, нырнула. Задохнулась от холода, но поплыла дальше. Мимо тихих кувшинок и широких листьев водяных лилий, в черной воде, окруженная пенным золотом дубов и каштанов. Сделала несколько кругов до пагоды и обратно, и, дрожащая, замерзшая — но приятно уставшая, вернулась на берег, к поджидающим ее девушкам. И с удовольствием снова пошла в прогревающую бочку с ароматными опилками. Потом ей расчесывали волосы перед открытыми дверями на веранду — а по глади озера медленно колотили крупные капли дождя, поднимая высокие фонтанчики, ударяли о крышу пагоды, находящейся на середине пруда. Под шелест капель Ани вспоминала добрую и словоохотливую Сурезу, мечтающую о дожде, и ее мягкие и добрые руки. Никто никогда не расчесывал ее так. Разве что мама… |