Книга Королевская кровь. Книга 6, страница 168 – Ирина Котова

Оглянулся — мостик истаял еще, и оставалось каких-то три шага до пропасти.

Люк уже отчаялся, когда в его спальне открылась дверь, и в нее зашел очень недовольный король Луциус. Оглядел безобразие, задеpжал взгляд на дымящемся окурке… перевел взгляд на зеркало… и, повернувшись, приказал недоуменно взирающему на пустые покои дворецкому.

— Выйдите.

Ирвинс быстро ретировался.

А его величество подошел к зеркалу и, выразительно подняв брови, оглядел Люка с выражением, с каким смотрят на уронившего цветочный горшок щенка.

— Напомни, Лукас, — произнес он сухо, и с этой стороны зеркала его голос слышался как очень далекое эхо, — что я говорил по поводу зеркал?

— Мой король, — с должной долей раскаяния попросил его светлость, — может, вы воспитательные меры предпримете чуть позже? Когда достанете меня отсюда?

Король Луциус невозмутимо закурил, сел в кресло, пододвинул к себе пепельницу — и Люк понимающе усмехңулся, успокаиваясь, и приготовился слушать.

— А говорил я вот что. Ни в коем случае не касайся их, пока я тебя не обучу. И если бы твоя голова не была забита прелестями девицы, точнее уже не девицы Рудлог, ты бы отнесся к этому с должным вниманием.

Люқ понуро внимал, ощущая приближающуюся со спины пустоту. И стыдился. Точнее, делал вид, что стыдится.

— И если бы я не был так озабочен твоим обучением, Лукас, — ровно продолжал король, — и если бы не был так привязан к твоей матери, то что бы помешало мне сейчас пойти спать — вместо того, чтобы лично идти проверять, с какой стати ты возмутительно опаздываешь на встречу к своему монарху?

— Простите, ваше величество… — уже несколько нервно произнес Люк — потому что снова оглянулся — и увидел, что осталось ему не так много времени.

— … я больше не буду, — издевательски подсказал правитель не самой маленькой страны на Туре и хмыкнул, выжидающе глядя на почти распластавшегося по стеклу герцога. И Люк понял намек.

— Что на этот раз я буду вам должен? — прямо спросил он.

— Все то же, Дармоншир, все то же, — с невероятным удовольствием заявил Инландер. — Я хотел сделать все пo-другому, но как не воспользоваться решением, которое ты сам мне вложил в руки? Даю тебе три дня, чтобы ты сделал Марину Ρудлог женой. Мне плевать, как. В четверг с утра я должен увидеть на ваших руках брачные браслеты.

— И зачем вам это вы, конечно, не скажете. Наставник, — издевательски добавил Люк. Получилось не очень — трудно проявлять характер, когда в буквальном смысле смерть наступает на пятки.

— Конечно, нет, — согласился Инландер весело. — Считай это моей старческой прихотью. Итак. Принимаешь условие?

— Нет, — ответил его светлость, ощущая, как под пятками становится пусто и вставая на цыпочки.

Монарх хмыкнул.

— А если включить голову?

— Нет, — повторил Люк для доступности. — Помолвка через три месяца, свадьба — как решим. Никакого форсирования. Вы просто не понимаете, что давлением в этом случае нельзя ничего добиться.

— Можно, — убежденно сообщил Луциус. — Не ожидал от тебя возвышенной глупости, герцог. Так ты предпочитаешь смерть недовольству крошки Ρудлог?

— Катитесь к черту, ваше величество, — зло пробормотал Люк и закрыл глаза.

— Счастливо оставаться, — вежливо ответил Луциус.

Раздались шаги. Но Люк не услышал ожидаемого стука двери — его внезапно потащили вперед, через обжигающий лед поверхности зеркала. Он вывалился на пол, на колени, трясясь от холода и снова в материальном теле — и стоящий над ним Инландер oт души дал ему высочайший монарший подзатыльник.