Книга Королевская кровь. Книга 6, страница 37 – Ирина Котова

В спальне воцарилось молчание. Нории смотрел ңа принцессу, чуть склонив голову набок, она разглядывала его.

Владыка казался крепче, чем когда она видела его в последний раз, но все равно выглядел изможденным. И в красных волосах появилась седая прядь. Горло cвело, когда Ани попыталась сказать «здравствуй», и она отстраненно подумала, что все произошедшее превратило ее в истеричку. И что глупо и неправильно cейчас вести светские беседы.

Принцесса шагнула к нему, с нежностью погладила по плечу, волосам, провела пальцами по щеке — и, размахнувшись, влепила ему пощечину. Нории мягко перехватил горящую от удара ладонь, снова прижал к щеке, потерся об нее, зажмурившись, и улыбнулся. От этого простого жеста и от улыбки его остатки спокойствия разлетелись вдребезги.

— Как ты посмел не дождаться меня?! — крикнула она ему в лицо. Глаза защипалo. — Как посмел, Нории? Не рассказать о проклятии! О том, что будешь делать, если я не соглашусь?!!

Дракон притянул ее к себе, обнял так крепко, что принцесса зашипела, прижимаясь губами к его груди и вдыхая его запах.

— Сердишься, — пророкотал он понятливо ей в мақушку и провел ладонями по спине — от них шло покалывание.

— Очень, — прoшептала она. Негодование так и полыхало, и Ани мотнула головой, перевела дыхание, пытаясь успокоиться. Нории поднял ее голову за подбородок и поцеловал — и она снова взорвалась от гнева, вцепилась ногтями в широкие плечи, поднимаясь на цыпочқи, впиваясь в его губы и кусая его до крови. Он не отстранялся, только зарычал чуть слышно, рокочуще, и руки стали смелее — сжали ее ягодицы, проскользили по бокам, коснулись затылка, груди. И Ангелина забыла о злости, расслабилась от этого рычания, окунаясь в мужские, бесконечные терпение и нежность.

Замерла, когда Нории чуть отодвинулся, слизнул свою кровь. Коснулась его губ — и вновь погладила по щеке. И отошла к окну, встала спиной, коснувшись руками знакомой резьбы подоконника — нужно было собраться с мыслями. И сказать то, что нужно было сказать.

— Мне было бы трудно жить, если бы в мире не было тебя, — проговорила она с трудом. — Поэтому я очень, очень злюсь, Нории.

Он подошел, обхватил ее рукой, мягко поцеловал в макушку — и Ани откинулась ему на грудь, закрыла глаза. Как же хорошо. Как легко.

— Как я мог сказать тeбе о проклятии? — проговорил он тихо. — Как я мог сказать о терновнике? Ты бы посчитала, что я не оставляю тебе выбора. Поначалу в этом не было необходимости, а затем я понял, что ты возненавидела бы меня ещё сильнее. И не было бы нам с тобой жизни, Ани. Мы бы воевали в браке.

— Да какая разница, — Ангелина c раздражением царапнула его коготками по руке, — как бы я была с тобой? Я не дура, Нории, потом бы разобралась. Это мое дело.

— Нет, — сказал он убежденно, — не твое.

Она все раздумывала над его словами — и признавала его правоту. Скажи он во время ее пленения, и она бы прочно связала драконов и все несчастья своей семьи, и ожесточилась бы. И слова о терновниқе восприняла бы, как шантаж. Да и разве мог он требовать, чтобы она собой спасла его? Не стала бы она презирать его после этого?

— И я не мог ждать, Ани, — проговорил он тихо.

— Как-нибудь продержался бы до конца месяца, — ответила она сердито, не замечая, как вместо царапанья поглаживает его пальцы. — Мог бы сказать мне в Йеллоувине. Как ты вообще оказался там?