Книга Любовь и прочие проклятья, страница 2 – Ирина Котова, Анастасия Мамонкина, Татьяна Гуркало, и др.

Шкатулка упала к ногам Зои, а по полу запрыгала жирная лягушка с непропорционально худыми ногами.

— Лови ее! – завизжал Джо и кинулся вслед беглянке. Фея с замиранием сердца смотрела, как мальчик прыгает за лягушкой от одной полки к другой.

Зеленое чудо-юдо запрыгнуло прямиком на коробку с привезенными накануне книжными новинками. Зои готова была испустить дух прямо в этот самый момент и на этом самом месте, все равно она всегда считала, что со своей книжной лавкой распрощается только ногами вперед.

— Джо, ты поймал ее? – крикнула Зои, когда мальчик исчез из вида.

А в ответ была лишь тишина.

— Джо? – Фея наконец отмерла и сделала шаг вперед, как в дверь постучались.

Зои собиралась проигнорировать ранних визитеров, лягушка среди книг интересовала ее куда больше, но стук повторился. Настойчивый такой.

— Ух, синюшные гномики!

Фея распахнула входную дверь и выругалась снова, но уже про себя.

На пороге стоял давно знакомый ей страж местного отделения Королевского патруля.

— День добрый, госпожа Янг.

— Утро доброе, господин Мурак.

Страж глянул на фею из-под кустистых бровей и усмехнулся в усы:

— И уже с самого утра на вас жалобы прилетают.

Зои сдержала страдальческий стон. «Быстро сработано, Эвелина».

— Да вы что? – Фея удивленно прижала руки к груди. – Я только проснулась, вон, племянника собиралась чаем поить. Мы даже еще не открылись, какие жалобы, господин страж?

— На крики. – Мурак выудил из папки белый лист, испещренный знакомым убористым почерком. – Цитата: «Словно поросенка режут». Было такое?

— Вот госпожа Гризмор, видно, и резала поросенка у себя на кухне. Наверное, сытные пироги делала. Вы же знаете, феи-то мясо не употребляют.

Страж вздохнул и спрятал соседский донос.

— Послушайте, госпожа Янг, думаете, мне нравится службу начинать в шесть утра? Но работа такая. Все проверять, что неправильно – исправлять. На вас уже вторая жалоба за две недели.

— Я думала, что мы разобрались: не портила я ей витрину!

— Разобрались-то, может, и разобрались, но жалоба имеется.

Зои сложила руки на груди и заломила бровь. Отлично у них стражи работают! Обвиняют во всем подряд, а на так называемое разбирательство можно плюнуть с высокой колокольни. Вот зачем Зои надо было бы рисовать на двери булочной неприличные картинки интересных форм и контуров? Фея не удивилась бы, если бы узнала, что Эвелина Гризмор сама все это и изобразила, лишь бы Зои обвинить.

Страж тем временем продолжил:

— Вы же сами знаете, три жалобы – и вас вызовут в участок, придется платить штраф, или трое суток ареста.

«Да, я знаю», – недовольно просопела про себя Зои. В прошлом месяце она имела счастье познакомиться с камерой местного отделения стражей. Тогда платить просто грабительский штраф она напрочь отказалась, ну а благодаря трем дням на каше и воде скинула два килограмма. Да еще и денег сэкономила. В общем, Зои тогда посчитала, что осталась даже в выигрыше.

Однако те жалобы были почти правдивыми и почти без всяких но. Она действительно не выдержала и кинула кусок пирога в госпожу Гризмор, когда та в очередной раз начала обвинять ее в том, что она строит глазки ее мужу. Оправдываться тем, что целилась она вовсе не в лицо, а в ноги, даже не стоило пытаться. Зои всего на секунду забыла, что госпожа, будучи гномихой, ей и до груди не доставала. Потом Зои действительно распивала спиртные напитки в палисаднике госпожи де Брио, но она же не знала, что хозяйка цветочной лавки устраивает променад под луной, иначе бы не попалась. И, наконец, девушка и правда влетела на велосипеде, пока показывала Джо, что такое залихватское катание на двух колесах, в только-только разгруженный товар Виллоби. Он тогда хохотал до слез и не написал бы никаких жалоб, если б не сообразил, что в коробках-то – партия дорогущего самогона. Но Зои была не в обиде на своих соседей.