Книга Карающая длань, страница 131 – Елена Амеличева

Внизу, на земле, стоически «загорали» пальмы с буро–желтыми высохшими листьями. Туристы жались к деревьям, дающим спасительную тень и, обмахиваясь брошюрками, полученными от гида, тоскливо смотрели по сторонам – видимо, ожидали от экскурсии чего-то возвышенного, а не «этого вот всего».

Серые стены казались высохшими под палящим солнцем – толкни, развалятся. Даже время будто размякло на солнцепеке и, поленившись шевелиться, свернулось клубком в ногах у мальчиков с автоматами, которые сидели под черными зонтиками, пытаясь бдительно смотреть по сторонам.

Хамсин, горячий ветер пустыни, обжигал кожу и, припудривая лицо песочком, вызывал непроходимую жажду. Я покачала головой, думая о том, как же тяжело обычным людям, если даже санклиты и ангелы готовы расплавиться, как снежинки в духовке, от этой аномальной апрельской жары.

— Яфейфия , возьми, поможет! – бодро подскочив к нам, черноглазый парень с тележкой сунул мне в руки холодную бутылку со светло-зеленой жидкостью.

— Не трогай его, он прав. – Мисс Хайд остановила Спиридона, который рванул к торговцу, отдала деньги за напиток и крутанула крышку.

Ледяной кисло-сладкий сок с мякотью лимона и еще какого-то фрукта заставил застонать от удовольствия. Опустошив емкость наполовину, я облегченно выдохнула – на самом деле, стало намного легче.

Быстро ступая по крупным серым квадратам, мы прошли через Дамасские ворота, резными башенками по верху напомнившие мне замок Киллиана, и сразу же попали на рынок мусульманского квартала.По обеим сторонам широкой дороги вились бесконечные лавочки со всякой всячиной. В нос ударила дурманящая смесь из запахов пряностей, благовоний, кофе и свежеиспеченного хлеба, который несли на деревянных огромных подносах на голове шустро передвигающиеся среди медленно шагающих туристов худые пареньки – их рабочий день был в разгаре.

Из мечети неподалеку через громкоговорители лился сильный уверенный голос, читающий суры из Корана. Наверху тянулись черные провода с разноцветными лампочками – наверное, здесь очень красиво вечером.

— Настойки, смотри какие! – выбежавший из-под навеса седой мужичок в длинном бежевом балахоне перегородил Ковачу дорогу. – На мумие настаивал! И на змее есть! И со скорпионом! Попробуй! – под тяжелым взглядом нашего богомола энтузиазм лавочника мгновенно сдулся. – В другой раз. – Пробормотал он, отступая обратно в спасительную тень от навеса.

— И почему они всегда меня выбирают? – поинтересовался Нико, когда мы зашагали дальше.

— Чувствуют в тебе любителя пить всякую гадость! – не удержалась мисс Хайд. – И не спорь! Кто своим люваком мерзким пытался напоить беременную женщину на Бали?

— Верхом на метле. – Посмеиваясь, констатировал сенсэй.

— Надо тебе ступу подарить, любимая, – подключился Горан. – Негоже госпоже Ангелу на метле! Не по статусу!

— Вот точно Сэмуэлю нажалуюсь! – прошипела мисс Хайд и, оставив подло ржущих санклитов позади, направилась вперед.

Когда маленькие кафешки со столиками на улице остались позади, я свернула к неприметному дверному проему без всяких указателей. Вибриссы подтвердили – это то самое место, о котором говорил Захария.

Один шаг – и нас словно перенесло в средневековую таверну, облюбованную тамплиерами. Я буквально видела, как их призраки, сидящие на деревянных скрипучих стульях, дружно повернули головы, разглядывая нас. Большие руки с тяжелыми кубками, полными пива или эля – понятия не имею, что тогда пили, замерли на полпути ко рту. Смех и пошлые шутки стихли, слышно было лишь потрескивание дров в очаге.