Книга Карающая длань, страница 5 – Елена Амеличева

Мне почти удалось успокоиться, когда в душе зазвучал лучший на свете голос. Он звал, тоскуя, умолял, рыдая, манил, нежно обнимая, и сводил с ума, раня в самое сердце. Я была готова ко всему, но только не к этому.

— Горан! – прошептали губы.

Пошла бы к тебе сквозь огонь, любимый! Но сейчас не могу! Потерпи, умоляю! Не мучай меня! Но шепот заползал в уши, рвал душу, погружая в еще неизведанные пучины боли. «Вернись ко мне, любимая, вернись, умоляю, вернись, вернись, вернись, вернись…»

— Вся твоя. – Всхлипнув, я закрыла глаза и полностью отдалась мукам. – Делай со мной, что пожелаешь.

С каждым утром становится разум светлее,Но все чаще мне хочется... убивать.В. Иванова

Выплыв из полного кошмаров сна, я, не открывая глаз, нащупала на тумбочке плеер.Забыть – не дано,Любить – не судьба,Не помнить – грешно.А помнить – беда.Печальная сутьСчастливых тех днейМне давит на грудьБольней и больней…

Как всегда, стопроцентное попадание.

Я открыла глаза и ахнула. Проскальзывая сквозь разноцветные витражи, юное солнце наполняло комнату лучами всех цветов радуги. Это было так сказочно красиво, что по лицу вновь потекли слезы – но уже совсем другие.

— Этот мир прекрасен, сынок, – прошептала я, накрыв еще плоский живот ладонью. – Сам скоро увидишь. – Пора вставать. – Господи, помоги мне выстоять и прожить еще один день в аду. – Я вышла на балкон, чтобы встретиться с зарей.

Небо полыхало алым. Водная гладь до горизонта колыхалась темно-розовой толщей, словно кто-то вспорол пузо морскому чудищу. Зелень лужайки меркла под таким мощным натиском кровавых оттенков. К горлу вновь подкатил ком тошноты. Кажется, буду ненавидеть красный до конца жизни! Вот так выглядит десятый круг ада! Здесь мы были словно в безвременье, в каком-то «кармане» пространства, капсуле, а весь окружающий мир жил, несся куда-то, по своим делам, где-то далеко, не замечая нас, обтекая равнодушно и бесцеремонно.

— Это временно. – Напомнила я себе и тут же вспомнила о том, что нет ничего более постоянного, чем временное.

Странное ощущение: словно ты на утлой лодчонке, океан покачивает ее, а под тобой проплывают огромные монстры, один взмах хвоста которых может разнести лодку в такие мелкие щепки, что они не сгодятся даже на лучину, чтобы разжечь костер. И вот одному из этих глубинных чудищ приходит в голову мысль почесать о твою лодку спину.

Заунывные стоны павлинов заставили меня вздрогнуть всем телом. Ненавижу их крик!  Как же много я теперь ненавижу…

В шкафу и комодах обнаружились только платья и юбки. Пришлось, скрипнув зубами, надеть вчерашние джинсы и свитер. Может, и не стоило лишний раз драконить Киллиана, и так вчера сорвалась, а надо было сдержаться. На ошибки у меня нет времени.

Дверь открылась после деликатного стука.

— Господин приказал вам спуститься к завтраку. – Не поднимая глаз, сообщил парень в красной ливрее. – Следуйте за мной.

— Как вас зовут?

— Следуйте за мной.

— Странное имя. – Попыталась пошутить я. – Впрочем, как хотите. – Кто-то явно заигрался. Лакеи в ливреях, серьезно?!

Мисс Хайд с трудом подавила раздражение и спустилась по каменному серпантину вслед за парнем. Попетляв среди бесконечных гостиных, холлов и коридоров, мы вошли в большой зал со столом на львиных лапах, за который можно было усадить три десятка человек. Во главе, конечно же, восседал Хозяин. По тому взгляду, которым он меня окинул, я поняла, что все же нужно было надевать платье.