Книга Ангел Жизни, страница 120 – Елена Амеличева

— Пазл огромный собирают, – покопавшись в смартфоне, пояснил Спиро. – Картину какую-то. Вон там смотровая площадка, можно с высоты посмотреть.

Мы поднялись на помост. «Девушка с жемчужной сережкой» Яна Вермеера была почти собрана, только на уровне глаз место пустовало. Вот и моя жизнь, как пазл. События сыплются, надо их сложить так, чтобы все пазы сошлись. И получить цельную картинку.

А что если?.. Я ахнула. Что если все, что было, лишь маленькие части огромного пазла? А я, как девушка на картине – пока без глаз, не вижу самого главного – связи между тем, что происходит, потому что нахожусь в гуще событий! Для меня это просто хаотичное нагромождение одного на другое. Значит, нужно собрать все кусочки воедино, отойти подальше и охватить взглядом цельную картинку. Но легче сказать, чем сделать.

Вот и пришло время разобрать мой «долгий ящик» – Исаакиевский собор, в который убраны все загадки за последнее время. Вооружившись ручкой и бумагой, я уселась на диван в форме губ в гостиной – там было не так жарко, и задумалась. С чего начать?

Самое непонятное, конечно, кто такой Джокер, чем я ему мешаю и что за дела у него с Баалом. С демоном все более или менее ясно. Но вот сказанное им Гаспару все же непонятно. «Теперь она Ангел! Ее защищает свет! А она защищает своим светом Драгана! Как вы такое допустили?! Пророчество уже сбывается!!!».  Какое пророчество? Ненавижу уже это слово!

Еще одно предсказание, Наринэ, тоже не выходит из головы. «Он уже идет за тобой». Кто и зачем? Кольцо Соломона – тоже загадка. Крот сказал, что оно – ключ. К чему или от чего? И, с отрывом от остальных, в моем хит-параде непонятностей лидируют Валентина с ее вечным рефреном «Найдите Паука» и «Какмаршак» с еще более загадочным заявлением – «Ты все неправильно поняла» и зажатым в руке пауком.

Еще есть Кира – дикая санклитка, которую увел с собой Киллиан. И дочь Якоба – первая за тысячу лет. Мой отец назвал ее племянницей. Значит, мне она сестра, получается? Двоюродная или троюродная. С ума сойти! А может ли так быть, что это один и тот же человек? Вернее, санклитка? Что, если Кира – та самая дочь Якоба и моя сестра? Кто знает. По крайней мере, вибриссы не протестуют. Где она сейчас, бедная девочка с прозрачно-зелеными глазами? Что с ней стало?

— Что делаешь? – прервал тягостные раздумья Сеня, грызущий яблоко.

— Шкаф разбираю. Что, не похоже?

— Не очень-то. Но зачем?

— Хочу увидеть дальнюю стенку.

— Опять метафоры. – Санклит вздохнул. – Сложная ты женщина, большеглазая!

— Наоборот, простая. Но такая простая, что не сразу поймешь!

— Ясен пень!

— Это Хэмингуэй, засранец. Хотя для тебя это имя звучит как ругательство, наверное. Я просто хочу все разложить по полочкам, лишнее выкинуть, понять, что происходит.

— Данилу выгнать решила? – навострил ушки Арсений. – Правильно! Давно пора! – он плюхнулся рядом со мной на диван.

— Данила-то тут причем?

— Вот именно! Он лишний.

— Все не так просто.

— А по мне – так проще не бывает! – санклит пожал плечами и потопал открывать дверь. – Только что о тебе говорили! – донесся его голос из прихожей. – Тебе не икалось?

— Да отстань ты уже! – рявкнул Данила.

Сбегать поздно. Жаль.

— Привет, девочка моя ненаглядная! – он подошел ко мне, сел на диван и попытался обнять.