Книга Ангел Жизни, страница 53 – Елена Амеличева

— В кровать. – В глазах санклита отжигали черти.

— В твою не полечу.

— Поздно, уже на посадку идем. – Он осторожно уложил меня на постель и накрыл пледом.

— Улечу завтра. Первым же рейсом!

— Спи, родная, не бузи. Ругаться будешь утром.

— Буду. – Я кивнула и закрыла глаза.

— Не сомневаюсь.

— Не хочу, чтобы было вот так… без вариантов, казнить… Нельзя так, Горан!

— Ты права, жизнь моя.

— И уйди, видеть тебя не хочу!

— Куда я уйду, – прошептал он, – если дышать не могу без тебя, любимая…

Когда я проснулась, еще была ночь. Драган сидел на полу у кровати и спал. Затаив дыхание, мне удалось практически бесшумно подняться. Но стоило на цыпочках дойти до двери, как сзади раздался голос главы клана:

— И куда ты босиком собралась, интересно?

Ч-черт. На ногах, и правда, только носки. Я обернулась. Этот гад достал мои сапоги из-под задницы и пояснил:

— Так мягче было. – В глазах веселились чертенята.

— Думаешь, поверю?

— Нет, конечно. – Он вздохнул и встал. – Мы можем поговорить, родная?

— Все, что мне нужно было знать, рассказал Ковач. Но это ничего не меняет.

— И… что теперь будет? – мужчина напрягся.

— Не знаю.

— Что сделать, чтобы ты простила? Только скажи, родная!

— Сейчас – оставить в покое. Даже видеть тебя не хочу. А в перспективе – стать тем, кем я считала тебя до… Коцита.

— Понял. – Он кивнул, протягивая сапоги. – Я стараюсь, любимая, но быть милосердным к тем, кто хочет тебя убить, не могу.

— А я не могу находиться рядом с жестоким убийцей, каким бы хорошим он ни был со мной.

— Знаю, что недостоин тебя, родная. – Он опустил глаза.

— Не смеши. – Фыркнула мисс Хайд, натягивая сапоги. – Меня вообще Ангелом Губителем нарекли, влекущим на человечество апокалипсис. По сравнению со мной ты – агнец божий!

— Не уходи, пожалуйста, Саяна! – взмолился Горан, подойдя ближе. – Одну ночь вдали от тебя еле пережил! Умоляю!

— Прости. – Я отвела глаза и вышла из номера. С каждым днем все запутывается еще сильнее. И выход, похоже, только один.

Проявив солидарность со мной, погода выключила режим «ура, весна!» и врубила на полную «озверевшую зиму» – с жуткими морозами, катком на дорогах, очередями в травмопункты, метелями, злющими, как обманутые жены, расстроенными дворниками и озадаченными продавцами цветов, что в огромном количестве повылезали накануне 8 марта на улицы с мимозой и тюльпанами. Но даже эта погодная свистопляска не помешала Горану третью ночь сидеть на лавочке с торца дома.– И долго он собирается держать оборону, интересно? – пробормотала я, грея руки о чашку с чаем.

— Драган – мужик упорный. – Сеня пожал плечами. – С его силой воли он там и месяц просидит. У него тот еще характерец! Это только ты можешь из него веревки вить, а все остальные от одного имени вздрагивают.

— Ты ходил к нему?

— Ясен пень. – Санклит отправил в рот ложку варенья. – Он меня послал. Далеко.

— Ты сказал…

— Передал все, как ты просила, большеглазая. – Перебил Сеня.

— Идиот.

— Я или он?

— Оба. – Я вздохнула и поставила чашку в мойку.

В спальне работал обогреватель, но даже это, вкупе с теплой одеждой, слабо помогало. Как говорится, отдыхаю по системе «все включено» – работают все приборы, что способны повысить температуру воздуха. Остается только костер разжечь. Ночью столбик термометра опустится до –30. Если Драган опять просидит на скамейке до утра, то превратится в ледяную скульптуру. А мое сердце разорвется.