Книга Полтора дракона для травницы, или Таверна «С любовью», страница 118 – Елена Амеличева

В карете мне завязали глаза. Повязку сняли лишь когда привели в комнату. Это был женский будуар в лилово-алых тонах, со стенами, обшитыми шелком, по которому вилась вышивка золотом. В соседней спальне располагалась огромная кровать с балдахином. На нем красовался герб нашего короля.

Это меня вовсе не порадовало. Влезать в тайны сильных мира сего нельзя, им ведь ничего не стоит стереть тебя в порошок. Сживут со свету и даже не заметят. Считают, что им можно все. Живут, будто в игру играют, распоряжаясь чужими жизнями, как оловянными солдатиками.

Балдахин раскрыли, и я едва сумела сдержать вскрик – ведь женщину, лежащую на пышных подушках, сложно было не узнать! Почти в каждом доме имеется портрет Ее Величества королевы!

Но раз меня позвали ее лечить, следовательно, недуг держится в таком строжайшем секрете, что его не сочли возможным доверить даже личному лекарю королевы, у которого добрая сотня помощников. А это ничего хорошего твоей маме, Аленький, не сулило. Боюсь, что уже не увижу тебя после этого. Очень боюсь…»

Я судорожно сглотнула и отвела глаза от последнего письма матери. Глаза наполнились обжигающими слезами. По щекам потекли горячие дорожки. Все-таки королева, будь она трижды неладна! Паучиха в центре паутины, куда угодила моя родительница, а следом за ней и я. Как же жаль, что ничего уже не вернуть!

Достала платок и промокнула лицо. Страшно читать дальше, ведь я знаю, что ничего доброго там не ждет. В глубине души дрожит наивная надежда, но время уже все расставило по местам, с ним не поборешься, оно всегда побеждает.

— Я так скучаю по тебе, мамочка! – прошептала, погладив страничку, заполненную ее почерком. – Безумно скучаю!

Словно в ответ на эти слова, в животе заворочалась наша с Рэйчэром Горошинка. Впору ее переименовывать в Фасолинку. Крошка растет. Месяцы беременности пролетят быстро, и я смогу взять ее на руки. Почему-то мне кажется, что будет девочка. Малышка, которая получит имя Элиссон, в честь бабушки. Думаю, муж не будет против.

Осмотрев королеву, я поняла, в чем ее секрет. Женщина была беременна. Вернее, она рожала. Роды и без того очень опасный процесс, но Ее Величество рисковала вдвойне – ведь все прекрасно знали, что после ссоры правящие супруги уже год живут раздельно. Он в столичном дворце, она в летней резиденции. Даже на балах в честь своих дней рождений они не пересекались.

Как лекарь я не имела права судить. Сейчас эта женщина, что корчилась от боли и обливалась потом, была моей пациенткой. Надо помочь ей разрешиться от бремени, все остальное потом. Я приступила к делу и поняла, что дела плохи. Спросила про течение беременности и услышала в ответ то, чего и опасалась. Чтобы скрыть пикантное положение, Ее Величество до последнего утягивала корсет так, чтобы талия оставалась осиной.

Я подавила желание выругаться, как грузчики в порту. Когда уже до высокородных леди дойдет, что талия – дело наживное, а вот вред, нанесенный ребенку, уже ничем не восполнишь. Если он вообще выживет. Да и сама роженица не факт, что не отправится следом.

Роды длились долго. Ягодичное предлежание. Что бы ни делала, стоило мне развернуть малыша головкой вниз, как он тут же принимал прежнее положение. Королева тужилась, кричала, проклинала дитя на чем свет стоит, но ничего не помогало. Процесс застопорился. Первые сутки результата не принесли.