Книга Оракул с Уолл-стрит 2, страница 153 – Алим Тыналин

И все это на фоне почти семи миллионов долларов, заработанных за два дня операции с UGI. Воистину, судьба улыбается тем, кто готов к ее подаркам.

Вернувшись в свой маленький кабинет, я положил папку на стол и устало потер глаза. День выдался невероятно насыщенным. Многомиллионная операция с UGI, противостояние Харрисона и Паттерсона, перспектива партнерства… События развивались с головокружительной скоростью.

Я только собрался просмотреть материалы, переданные Харрисоном, когда дверь распахнулась, и на пороге появился бледный, как мел, Томас Эдвардс.

— Стерлинг, — выпалил он, запинаясь, — мне нужна твоя помощь. Срочно.

Я внимательно посмотрел на коллегу-стажера. Эдвардс единственный, кто, как и я, пробивался из низов благодаря стипендии в Йеле, а не связям богатых родителей. Обычно собранный и уверенный, сейчас он выглядел совершенно растерянным.

— Что случилось, Эдвардс? — спросил я, жестом приглашая его войти.

Он плотно закрыл за собой дверь и буквально рухнул на стул напротив меня.

— Я в полной заднице, — прошептал он, оглядываясь, словно опасаясь, что его услышат. — Моррисон поручил мне управление портфелем братьев Дэвидсон на время своего отсутствия. А я… я почти все потерял.

Сэмюэл Моррисон один из старших маклеров, методичный, системный трейдер, практикующий технику «лесенки», каскадные ордера на покупку или продажу с разными ценовыми уровнями. Консервативный, но эффективный подход.

— Сколько? — коротко спросил я.

— Двадцать две тысячи из тридцати, — Эдвардс опустил голову. — Восемьдесят процентов их капитала. И Моррисон возвращается завтра утром.

Я присвистнул. По сегодняшним меркам это немалая сумма для семейного инвестиционного портфеля. Не миллионы, конечно, но потеря такой доли капитала могла стоить Эдвардсу не только работы в фирме, но и всей карьеры на Уолл-стрит.

— Как тебя угораздило? — я придвинул к себе блокнот. — Давай по порядку.

Эдвардс глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями.

— Я решил, что смогу увеличить доходность портфеля. Моррисон всегда слишком осторожен… А рынок сейчас бурлит, все акции растут. Я подумал… — он замолчал, осознавая всю глупость своих действий.

— Ты перешел на маржинальную торговлю, — закончил я за него.

Он кивнул, не поднимая глаз.

— Маржа пять к одному. Я вложил все в акции Radio Corporation, Western Union и American Telephone. Они стабильно росли последние недели. Но сегодня какой-то аналитик из First National опубликовал отчет о переоцененности телекоммуникационного сектора, и все рухнуло. Radio потеряла пятнадцать пунктов за час!

Я понимающе кивнул. Классическая ошибка новичка. Пытаться поймать волну роста, используя высокий леверидж, без должного анализа рисков и без стратегии выхода.

— Покажи мне подробный отчет по операциям, — сказал я. — Какие позиции еще открыты? Сколько наличных осталось?

Эдвардс протянул мне несколько листов, исписанных аккуратным почерком. Детальный журнал торговли за последние три дня, с указанием времени, цены и объема каждой операции.

Я внимательно изучал записи. Ситуация хуже, чем я предполагал.

Эдвардс не просто использовал маржинальное кредитование, он еще и концентрировал все средства в одном секторе, нарушая базовый принцип диверсификации. К тому же, он действовал импульсивно, реагируя на краткосрочные колебания рынка.