Книга Оракул с Уолл-стрит 2, страница 42 – Алим Тыналин

Когда с телеграммами было покончено, я взял такси до не примечательного здания в финансовом квартале. Офис «Томас Фергюсон и Компания» занимал третий этаж. Здесь мне предстояло принять другой облик.

В туалете первого этажа я достал из кожаного портфеля набор для преображения. Тонкие усы, очки в роговой оправе, заметно отличающиеся от моих обычных, специальные вставки для щек, изменяющие овал лица. Волосы я зачесал иначе, добавив седины на висках с помощью специального порошка.

Глядя в зеркало, я видел Роберта Грея, солидного сорокапятилетнего финансиста с Бостон-Стрит, известного своими консервативными, но прибыльными стратегиями.

Фергюсон встретил меня в своем кабинете, невысокий энергичный человек с вечно растрепанными рыжеватыми волосами.

— Мистер Грей! — он энергично пожал мою руку. — Рад видеть вас снова.

— Благодарю, Томас, — я говорил с легким бостонским акцентом, который отрабатывал часами. — Сегодня я с новым проектом, требующим особой деликатности.

Я расположился в кресле и выложил на стол папку с документами.

— Газовая отрасль переживает консолидацию. Мои источники указывают на Universal Gas Industries как на активного игрока. Но, — я понизил голос, — нам нужно создать дымовую завесу.

Фергюсон наклонился ближе, его глаза блестели от предвкушения сложной операции и планируемой прибыли.

— Я вас слушаю.

— Операция в три этапа. Первый. Приобретение акций мелких газовых компаний региона — West Ohio Gas, Pennsylvania Utilities, Midwest Gas. По пять тысяч акций каждой. Это отвлечет внимание.

Фергюсон делал пометки в блокноте.

— Второй этап. Муниципальные облигации Пенсильвании и Огайо на общую сумму пятьдесят тысяч долларов. Крупными блоками, заметно для рынка. Это создаст впечатление интереса к региону, а не к конкретной компании.

— А третий этап? — Фергюсон, хоть и не был посвящен в детали, прекрасно понимал логику таких операций.

— Третий этап — сама UGI. Но покупки только через ваших региональных партнеров, никакой концентрации в одном месте. Вот схема распределения, — я передал ему лист с цифрами. — И, что важно, сроки. Мы начинаем медленно, наращиваем активность к концу следующей недели.

Фергюсон изучил схему, затем кивнул.

— Мастерски спланировано, мистер Грей. Никто не увидит полной картины, кроме нас. Комиссионные стандартные?

— Плюс один процент от прибыли, если операция пройдет без лишнего внимания.

Его улыбка стала шире.

— Будет сделано именно так, как вы просите. Могу я поинтересоваться, откуда такой интерес к UGI?

— Скажем так, Томас, — я позволил себе легкую улыбку, — компании с сильным региональным положением часто становятся объектами интереса более крупных игроков. И тогда такой интерес материализуется в публичное предложение.

— Понимаю, — он понимающе кивнул. — Не говорите больше. Мы начнем сегодня же.

Завершив встречу, я направился в небольшой почтовый офис, где арендовал ящик под третьим именем, и оставил там запечатанный конверт с детальными инструкциями для каждого брокера на случай необходимости экстренного выхода из позиций. Этот «аварийный план» моя страховка. Если что-то пойдет не так, специальная телеграмма активирует протокол закрытия всех позиций в течение одного торгового дня.

Возвращаясь домой для подготовки к обычному рабочему дню в «Харрисон Партнеры», я мысленно проверял конструкцию созданного финансового лабиринта. Три фиктивные компании, пять брокерских фирм, семь различных счетов, распределенные по четырем городам покупки, растянутые на десять дней операции… Даже опытный финансовый следователь не смог бы проследить путь этих денег.