Книга Оракул с Уолл-стрит 4, страница 32 – Алим Тыналин

— Благодарю за приглашение, — ответил я с отработанной интонацией уверенного в себе молодого финансиста. — Признаюсь, я заинтригован.

— Присаживайтесь, — Шварц указал на кресло напротив. На низком столике между нами стоял хрустальный графин с янтарным виски и три стакана. — Выпьете?

— Пожалуй, нет, — я опустился в кресло, чувствуя, как дорогая кожа принимает вес моего тела. — Слишком рано для виски, а для делового разговора нужна ясная голова.

Шварц одобрительно хмыкнул и перевел взгляд на Форбса:

— Видишь, Генри? Я же говорил, у парня хватка и выдержка.

Форбс отделился от стены, шагнул в круг света и опустился в кресло рядом со Шварцем. Его пальцы барабанили по подлокотнику, единственный признак внутреннего напряжения.

— Мистер Стерлинг, — произнес он, не тратя времени на любезности, — мы уже встречались с вами в моем офисе, и я предложил вам консультировать наш металлургический проект в Пенсильвании. Но обстоятельства изменились.

Я сохранил безмятежное выражение лица, хотя внутри все напряглось.

— Вы отказываетесь от проекта? — спросил я, уже зная, что это не так.

— Проект продолжается, — вмешался Шварц. — Но ваша потенциальная роль расширилась.

Он наклонился вперед, и свет настольной лампы безжалостно осветил каждую морщинку на его властном лице.

— Мистер Стерлинг, Continental Trust наблюдает за вами с большим интересом. Ваш взлет по финансовой лестнице, от стажера до поглощения «Харрисон и Партнеры» за рекордные сроки… Впечатляет. Некоторые сказали бы, подозрительно впечатляет.

— Я всегда был способным учеником, — скромно заметил я.

— Не скромничайте, — Форбс сухо улыбнулся. — Ваше поглощение Харрисона было мастерским ходом. И, кстати, вы испортили определенные планы некоторых людей.

— Включая ваши? — прямо спросил я.

— Включая наши, — подтвердил Шварц без тени смущения. — Но мы не из тех, кто таит обиду. Мы предпочитаем адаптироваться.

Форбс внезапно открыл лежавший рядом с ним портфель и достал коричневую папку.

— Но перед тем, как мы перейдем к делу, есть кое-что, что может вас заинтересовать, — он раскрыл папку и выложил на стол фотографию. — Узнаете этого человека?

Я взглянул на фото и почувствовал, как сжимается сердце. Снимок запечатлел помятого мужчину средних лет с опухшим лицом и затравленным взглядом. Его явно сфотографировали в полицейском участке.

— Нет, — честно ответил я. — Кто это?

— Джозеф Моран, — произнес Форбс с удовлетворением фокусника, раскрывшего секрет трюка. — Механик, работавший на текстильной фабрике вашего отца в день его смерти.

Воздух в комнате внезапно стал густым, тяжелым. Время словно замедлилось.

— И что с ним? — спросил я, контролируя каждый мускул на своем лице.

— Он арестован вчера вечером по обвинению в мелком мошенничестве, — Шварц жестом отмахнулся, показывая, насколько неважна причина ареста. — Но во время допроса он разговорился. Вспомнил некоторые детали о смерти вашего отца. Весьма интересные детали.

Форбс положил на стол еще одну фотографию, черно-белый снимок.

— Вы знаете, что это?

Я всмотрелся в пожелтевшую фотографию. На ней была запечатлена часть ткацкого станка с хорошо заметным дефектом в системе безопасности.

— Часть оборудования фабрики, — сказал я. — Судя по всему, с неисправным предохранителем.