Книга Оракул с Уолл-стрит 4, страница 80 – Алим Тыналин

— Что ж, завтра выясним, насколько горьким будет этот чай.

Кафе «Венеция» располагалось на углу Макдугал и Хьюстон-стрит. Небольшое заведение с тяжелыми бархатными портьерами и мягким освещением от латунных ламп.

Это место Элизабет выбрала не случайно. Достаточно многолюдное, чтобы обеспечить анонимность, но с укромными нишами для приватных разговоров.

Я пришел на десять минут раньше, выбрал столик в углу, заказал кофе. Наблюдал за прохожими через запотевшее окно: женщины в меховых шубках, мужчины с рождественскими покупками, дети, прильнувшие к витринам магазинов игрушек. Обычная жизнь. Нормальные люди.

Она появилась точно в полдень, стремительная, как порыв ветра. Европейская поездка добавила ей уверенности в движениях, но и усталости тоже.

Элизабет сняла перчатки, шляпку, расстегнула пальто. Ни приветствия, ни улыбки.

— Ты предал меня, — вместо «здравствуй» произнесла она, опускаясь на стул напротив. — Отправил гоняться за призраками через океан, пока сам вел дела с Continental Trust.

— Так ты знаешь, — я не стал отрицать очевидное.

— Конечно, знаю, — она жестом подозвала официанта, заказала чай. — Думал, я просто прокачусь по Европе, как праздная туристка? Я журналист, Уильям. Я собираю информацию. И я узнала много чего интересного.

— Элизабет…

— Не смей говорить, что делал это ради моей безопасности, — ее голос, несмотря на тихий тон, звенел от сдерживаемой ярости. — Я видела документы о сделках. О встречах. Слышала о тебе и Александре Шварце в «Уолдорф-Астории».

Я обвел взглядом кафе, убеждаясь, что нас никто не подслушивает.

— Здесь не место для такого разговора.

— Согласна, — она отпила глоток чая, морщась от его крепости. — Поэтому продолжим вечером. Я предлагаю у меня дома. Там нас точно никто не услышит. После этого разговора решу, стоит ли вообще иметь с тобой дело.

Я кивнул, наблюдая, как снежинки тают в ее волосах.

— Хорошо. Я приду. И объясню все.

— Надеюсь, у тебя заготовлено что-то невероятно убедительное, — в ее взгляде мелькнул огонек. — Потому что я очень, очень зла на тебя.

Встреча прошла именно так, как я предполагал. Холодно. Сдержанно. С тщательно скрываемой яростью в ее глазах. Предложение продолжить разговор прозвучало как ультиматум.

Вечером, после работы, я приехал к дому Элизабет. Вздохнув, поднялся по ступенькам и нажал кнопку звонка.

Дверь распахнулась почти мгновенно, словно она стояла за ней в ожидании. Сейчас Элизабет выглядела иначе, чем пару часов назад.

Ее каштановые волосы, обычно уложенные в модный боб, теперь чуть длиннее. Лицо с точеными чертами побледнело, под глазами залегли тени усталости. Однако тот же внутренний огонь по-прежнему горел в ее глазах.

— Входи, — произнесла она сухо, отступая в сторону.

Я переступил порог, и волна воспоминаний накрыла меня. Наша последняя встреча в этой квартире, страстные объятия, шепот в темноте… Но сейчас атмосфера кардинально изменилась.

Ее рабочий кабинет превратился в настоящий штаб расследования. Стены обклеены вырезками из газет, фотографиями, заметками.

Нитями разных цветов соединены точки на карте Европы, свидетельство ее недавнего путешествия. Письменный стол завален блокнотами, папками и телеграммами.

— Впечатляюще, — отметил я, пытаясь разрядить напряжение.