Книга Оракул с Уолл-стрит 7, страница 59 – Алим Тыналин

— Доброе утро, мистер Стерлинг, — поприветствовал меня швейцар, седовласый ирландец, работавший в банке уже двадцать лет.

— Доброе ли? — ответил я с горькой усмешкой. — Боюсь, для нашего банка это непозволительная роскошь.

Старик сочувственно покачал головой. Слухи о финансовых проблемах банка уже просочились к персоналу, создавая атмосферу тревоги и неопределенности.

В главном зале я наблюдал печальную картину. Обычная утренняя активность заметно снижена.

Меньше клиентов, больше пустых окошек касс. Сотрудники переговаривались приглушенными голосами, бросая на меня взгляды, полные сочувствия и беспокойства за собственное будущее.

— Мистер Стерлинг, — ко мне подошел Томас Эллиотт, управляющий банком, — как прошли переговоры?

— Безрезультатно, Томас, — ответил я, качая головой. — Наши партнеры не хотят связываться с банком, находящимся под федеральным следствием. Репутационные риски слишком велики.

Эллиотт сочувственно нахмурился:

— А европейские партнеры?

— Тоже отказываются, — соврал я. — Слухи о наших проблемах уже дошли до Лондона и Цюриха. Все двери закрыты.

Я медленно поднялся в свой кабинет, демонстрируя каждым движением тяжесть положения. Там меня уже ждал Бейкер с утренними отчетами.

— Чарльз, — сказал я, опускаясь в кресло, — подготовьте полную опись всех активов банка. Continental Trust потребует детального аудита перед окончательным поглощением.

— Все активы, Уильям? — уточнил Бейкер, поправляя очки. — Включая резервные фонды?

— Все без исключения, — подтвердил я. — Мы должны показать полную открытость. Никаких секретов, никаких скрытых счетов. Пусть Continental Trust видит, что мы готовы к честной капитуляции.

Бейкер кивнул и начал делать записи. Он не знал, что «полная опись» будет включать только те активы, которые я решил показать противнику. Настоящие резервы оставались скрытыми в канадских банках.

В одиннадцать утра мне позвонил О’Мэлли:

— Босс, звонил секретарь Восворта. Continental Trust готов провести окончательные переговоры завтра в два часа дня. В их главном офисе.

— Скажи, что нам нужно время, — ответил я устало. — Пусть подождут еще трое суток.

Весь день я продолжал играть роль побежденного банкира, принимая соболезнования сотрудников и отвечая на тревожные вопросы клиентов. К вечеру весь банк был уверен, что вскоре их руководитель подпишет капитуляцию.

В половине седьмого вечера я покинул банк и направился домой. На заднем сиденье спрятался один из охранников, изображающий меня. Когда мы приехали, он вышел из машины и нырнул в ворота.

Я скрючился под сиденьем и поехал дальше вместе с Мартинсом. Вскоре мы прибыли к Федеральному зданию на Фоли-сквер.

Величественное сооружение в неоклассическом стиле с колоннадой и мраморными ступенями служило домом для множества федеральных ведомств, включая Антимонопольный отдел Министерства юстиции. Охранник на входе проверил мои документы и выдал временный пропуск:

— Мистер Стерлинг, вас ожидают на седьмом этаже, кабинет семьсот двенадцать. Лифт справа от входа.

Поднявшись на седьмой этаж, я оказался в длинном коридоре с мраморными стенами и высокими потолками. Двери кабинетов помечены табличками с именами и должностями.

Целая армия федеральных прокуроров, следователей и аналитиков, работающих над самыми сложными делами в стране.