Книга Оракул с Уолл-стрит 7, страница 92 – Алим Тыналин

— Понимаю ваши мотивы, — сказал я дипломатично. — В бизнесе репутация дороже золота.

— Именно поэтому, — Вандербильт наклонился вперед, — я хочу не только восстановить наше партнерство, но и расширить его. Железнодорожная компания готова разместить в вашем банке депозиты на сумму пятнадцать миллионов долларов под льготный процент.

Пятнадцать миллионов! Эта сумма значительно укрепила бы ликвидность банка и позволила расширить кредитование.

— Кроме того, — продолжил Вандербильт, — мы хотели бы воспользоваться вашими международными связями для финансирования железнодорожного проекта в Канаде. Планируемый объем инвестиций двадцать пять миллионов долларов.

Канадский проект открывал интересные перспективы. После победы над Continental Trust мой банк мог претендовать на самые амбициозные международные сделки.

— Корнелиус, — сказал я, — ваше предложение заслуживает серьезного рассмотрения. Мой банк всегда готов финансировать проекты, способствующие развитию американской экономики.

Через полчаса Вандербильт покинул мой кабинет с предварительной договоренностью о восстановлении партнерства. Но он был лишь первым в череде раскаявшихся союзников.

В одиннадцать утра прибыл Милнер-младший, наследник шинной империи. Молодой человек лет тридцати, с аккуратными усиками и энергичными манерами, представлял новое поколение американских промышленников.

— Мистер Стерлинг, — начал он без предисловий, — я хочу принести извинения и предложение о расширении сотрудничества. Milner Rubber Company готова стать эксклюзивным клиентом вашего банка в сфере промышленного кредитования.

— Каковы масштабы предполагаемого сотрудничества? — спросил я, доставая блокнот для записей.

— Кредитная линия на тридцать миллионов долларов для модернизации заводов в Акроне, — ответил Милнер-младший. — Плюс продолжение приостановленного финансирования исследований синтетического каучука. Мы считаем, что за этой технологией будущее автомобильной промышленности.

Синтетический каучук действительно обещал революцию в химической индустрии. Но еще важнее было то, что семья Милнеров признавала мой банк достойным партнером для самых стратегических проектов.

— Кроме того, — добавил молодой Милнер, — мы хотели бы, чтобы ваш банк стал финансовым агентом нашей компании в Европе. Планируем открыть заводы в Германии и Франции.

Европейская экспансия американских компаний открывала огромные возможности для международного банкинга. Merchants Farmers мог стать мостом между американской промышленностью и европейскими рынками.

После ухода Милнера-младшего О’Мэлли сообщил о прибытии делегации из Chase National Bank, одного из крупнейших финансовых институтов страны.

— Босс, — сказал он с едва скрываемым восхищением, — к вам прибыл сам Альберт Уигген с двумя вице-президентами. Говорят, у них предложение о слиянии.

Альберт Уигген, президент Chase National Bank, был легендой американского банкинга. Его приезд означал, что финансовая элита страны рассматривает меня как равного партнера.

Делегация Chase выглядела внушительно. Уигген, мужчина лет шестидесяти с седыми висками и проницательным взглядом, был одет в безупречный черный костюм-тройку. Его сопровождали Чарльз Хопкинс, вице-президент по корпоративному банкингу, и Роберт Фостер, директор международного отдела.