Книга Миссия в Сараево, страница 16 – Алим Тыналин

На перроне пахло углем, пылью и чем-то восточным, специями, может быть, или благовониями с рынка. Солнце било в глаза. Температура выше, чем в Белграде, воздух суше.

Я прошел мимо жандармов. Они смотрели на пассажиров, но никого не останавливали. Один бросил на меня взгляд, но ничего не сказал.

Вышел из здания вокзала на площадь. Извозчики предлагали услуги, торговцы выкрикивали цены на газеты и воду. Обычная вокзальная суета.

Мне нужно найти гостиницу. Остановиться, оставить вещи, потом идти в тюремную администрацию. Официальный запрос на интервью с Неделько Чабриновичем. По правилам, по закону.

Я подошел к ближайшему извозчику, пожилому боснийцу с седой бородой.

— Порекомендуете гостиницу? Недорогую, но приличную.

— «Европа» на Аппел-Кай, — ответил он по-немецки с сильным акцентом. — Три кроны за ночь. Чисто, хозяин честный.

— Довезете?

— Конечно, господин. Садитесь.

Я сел в дрожки. Извозчик тронул вожжи, лошадь пошла рысью по мощеной улице.

По дороге осматривал город. Узкие улочки Старого города с турецкими лавками и мечетями. Широкие проспекты австрийского квартала с европейскими фасадами. Смешение эпох, культур, религий. Действительно, Восток и Запад вместе.

Но над всем этим висело напряжение. Я чувствовал его в лицах прохожих, в настороженности торговцев, в частых патрулях жандармов.

Город, готовый взорваться.

Извозчик остановился у трехэтажного здания с вывеской «Hotel Europa».

— Вот, господин. Три кроны за ночь. Хороший хозяин, немец, но честный.

Я расплатился, взял портфель, вошел в гостиницу.

Холл небольшой, чистый, пахнет воском и табаком. За конторкой сидел мужчина средних лет в жилете, с круглыми очками на носу.

— Добрый день, — сказал я по-немецки. — Есть свободные комнаты?

— Есть. На второй или третий этаж?

— Второй.

— Три кроны за ночь. Завтрак включен. Сколько ночей?

— Пока одну. Возможно, продлю.

Он записал данные, взял паспорт, переписал информацию в журнал регистрации. Вернул паспорт, протянул ключ с деревянным брелоком.

— Комната двенадцать. Вторая дверь справа по лестнице. Если нужно что-то, обращайтесь.

Я поднялся на второй этаж, нашел комнату. Открыл дверь.

Небольшая комната: кровать, стол, стул, шкаф, умывальник. Окно выходит на улицу. Чисто, просто, достаточно.

Я положил портфель на стол, снял пиджак, повесил на спинку стула. Подошел к окну, посмотрел на улицу. Напротив лавка мясника, дальше кафе, еще дальше жандармский пост.

Сараево. Я здесь. Следующий шаг тюремная администрация.

Проверил часы. Половина третьего. Административные учреждения работают до пяти. Есть время.

Я умылся холодной водой из кувшина, привел себя в порядок. Надел пиджак, взял портфель с документами, вышел из комнаты.

На улице жара усилилась. Солнце прямо над головой, тени короткие. Я спросил у лавочника дорогу до тюремной администрации. Он объяснил, что надо идти пятнадцать минут пешком, через мост, затем налево по набережной.

Я шел не торопясь. Изучал город, запоминал улицы, расположение зданий. Надо всегда знать пути отхода.

Мост через Миляцку узкий, каменный. Река внизу мутная, течет быстро. На другом берегу австрийский квартал. Здания выше, улицы шире, людей меньше.

Тюремная администрация располагалась в массивном сером здании рядом с самой тюрьмой. Высокие стены, решетки на окнах, флаг Австро-Венгрии над входом.