Книга Миссия в Сараево, страница 84 – Алим Тыналин

— Точное место и цельпокушения известно?

— Нет. Они сами ждут уточнения.

Милош достал из кармана маленький блокнот и карандаш, быстро записал. Оторвал листок, сложил вчетверо.

— Это дойдет до нужных людей в течение двух дней, — сказал он. — Они успеют принять меры.

— Хорошо.

Я встал. Милош проводил меня обратно в магазин, снова перевернул табличку на двери. Когда я выходил, он уже сидел за прилавком с теми же счетами, будто ничего не произошло.

На улице я глубоко вдохнул. Через два дня австрийская разведка узнает о готовящемся покушении. Они усилят охрану эрцгерцога, может быть, даже отменят визит. А когда Дмитриевич узнает об утечке, а он обязательно узнает, его подозрения усилятся. Письмо о предателе получит подтверждение.

* * *

Исповедальня церкви Святого Марка встретила меня той же прохладой через три дня. Я скользнул в кабину, услышал знакомое покашливание за решеткой.

— Все сделано, — сказал я без предисловий. — Все три акции проведены. Дмитриевич получил доклад о ненадежности боевиков. Я подбросил ему поддельное письмо от австрийской разведки, теперь он подозревает предателя в своих рядах. И я организовал утечку австрийцам через Милоша. Они узнают о готовящейся операции.

— Как отреагировал Дмитриевич? — голос Артамонова звучал напряженно.

— Поверил. Во всяком случае, засомневался достаточно сильно. Отправил Танковича проверять всех боевиков. Ищут, кто ездил в Земун, у кого появились деньги. Они копаются в своих рядах, теряют время.

— А австрийцы?

— Через два дня получат информацию о покушении. Милош надежен?

— Проверен годами, — заверил Артамонов. — Он передаст. Вопрос, как австрийцы отреагируют. Усилят охрану, это минимум.

— Если усилят хорошо, операция сорвется сама собой.

— Да. Но если будет не так… — Артамонов помолчал. — Дмитриевич узнает об утечке. И начнет искать источник еще активнее.

— Я учел это. Поддельное письмо как раз и должно объяснить утечку. Дмитриевич решит, что предатель из его организации слил информацию австрийцам. Он будет подозревать боевиков, Танковича, других агентов Черной руки. Но не меня, я же сам принес ему это письмо.

— Рискованно, — проговорил Артамонов. — Если он начнет копать глубже…

— Риск есть всегда. Но я сделал все, что мог. Теперь остается ждать.

За решеткой послышался вздох.

— Хорошая работа. Очень хорошая. Ты дал нам шанс предотвратить катастрофу.

Я откинулся на спинку скамьи.

— Еще не предотвратили. До конца июня есть время. Многое может пойти не так.

— Верно. Но ты сделал больше, чем кто-либо мог ожидать. Я обеспечу утечку по другим каналам.

Я вышел из церкви в яркий солнечный день.

* * *

На следующий день после встречи с Бурным полковник Артамонов сидел в своем кабинете в русском посольстве, вглядываясь в карту Европы на столе. Швейцария нейтральная территория, место, где пересекались интересы всех великих держав. Идеальное место для передачи информации, которая не должна быть связана напрямую с Россией.

Он взял чистый лист бумаги и начал писать шифрованную телеграмму. Код был известен только ему и русскому военному атташе в Берне, полковнику Григорию Воронцову. Текст получился лаконичным:

«Источник сообщает о готовящемся покушении на австрийское высокопоставленное лицо. Июнь. Боснийские террористы. Детали неизвестны. Требуется осторожная передача информации австрийской стороне через нейтральные каналы».