Книга Благородный вор, страница 121 – Алим Тыналин

Единственный минус — много грязи и пыли. Мне захотелось чихнуть. Еле сдержался. Устроился поудобнее и начал ждать.

Вскоре Журавлик вернулся. Сказал, что Банника нет. Кощея тоже не видать.

— Ладно, пес с ними, — устало ответил Атаман. — Ложись, отдохни. У нас есть пара часов. В запасе. Потом надо двигать на позиции. Времени мало.

Да, это верно. Времени в обрез. Мне вообще нельзя расслабляться. Поэтому я насторожился.

Подождал, пока в каморке успокоятся. Затихнут все разговоры. Потом потихоньку спустился.

Очутился в коридорчике. Опустился на пол. Осторожно заглянул под шторку. Впервые осмотрел каморку боевиков.

Ну вот, приятно познакомиться. Это небольшое помещение. Разделено на две части боковой перегородкой. Тоже из камня.

Таким образом, получилось две комнаты. В ближней спали Ероха, Пугач и Никифор. В дальней виднелся Журавлик. Тоже лежал на топчане.

Все вроде бы спят. Вот только как это выяснить наверняка? Только Ероха, пожалуй, не притворяется. Храпит во всю мощь.

Придется рискнуть. Самое сложное проникновение. В заполненное людьми помещение.

Впрочем, у меня есть надежные уловки. Уже знакомые и отработанные.

Я поднялся с пола. Кстати, что там делает Атаман? Я его единственного не видел.

Может, не спит? Скорее всего. Лежит и думает. О предстоящей операции.

Мне нужно планировать действия с учетом этого. С учетом того, что Атаман может встать в любой момент.

Поэтому я сразу приготовил три тряпки, пропитанных эфиром. На всех трех голубчиков в передней комнате.

Хотя для Ерохи не надо. Его и так пушкой не разбудишь.

Я взял одну тряпку в руку. Осторожно убрал шторку. Зашел в каморку. Погасил светильник. Теперь осталось я только один. В дальней комнате. Где лежали Атаман и Журавлик.

Приблизился к Ерохе. Он лежал ближе всех к выходу.

Быстро положил тряпку с эфиром на лицо здоровяка. Ловко и аккуратно. Тут же застыл на месте. Ну-ка, что там Ероха?

Великан прервал храп. Чмокнул губами. Втянул воздух. Замолчал. А потом снова захрапел. Как ни в чем ни бывало.

Отлично. Я повернулся к Пугачу. Тот лежал лицом ко мне. Глаза еле прикрыты. В полумраке так кажется. Или не кажется?

Как будто не спит. Как бы не проснулся. Но выбора нет. Придется рискнуть.

Я подошел к Пугачу. Подержал над ним тряпку. Дождался, пока пары эфира проникнут ему в нос. Потом опустил тряпку на лицо.

Снова застыл на месте. Но в этот раз все прошло еще лучше. Чем с Ерохой. Пугач как лежал, так и остался лежать.

Даже не шевельнулся. Вот тебе и еле прикрытые глаза. Молодец, парень.

С Никифором проблем быть не должно. Тот лежал спиной ко мне. Лицом к стене. На боку.

Надо тоже его усыпить. Я подошел к Никифору. В это мгновение мужик повернулся. Я успел нырнуть за его изголовье.

Никифор поднял голову. Всмотрелся в темноту. Потом перевернулся обратно. Снова улегся лицом к стене.

Сердце у меня колотилось часто и громко, как колокол. Как только боевик не услышал? Я подождал еще с полминуты.

Потом поднял тряпку с эфиром над головой Никифора. Тоже держал на весу. Затем положил ему на лицо. Как и планировалось.

Я ожидал, что он проснется. Попробует встать. Может, поднимет шум, перед тем как уснуть.

Но нет, обошлось. Никифор перевернулся на спину. Пошевелил носом. Поднял руку. Потом опустил. И уже не дергался. Лежал тихо и спал.