Книга Не отступать и не сдаваться, страница 83 – Алим Тыналин

Вот здесь, на ближней дистанции, у нас состоялась самая настоящая мясорубка. Мышкин был поражен моей дерзостью и решил примерно наказать меня за это.

Я пробил мощный левый хук, затем нанес удар справа, целя в его голову. Это дало мне возможность приблизиться к нему еще ближе, там, где длинные руки соперника скорее мешали, чем помогали ему.

Надо не давать ему передышки, пусть защищается, чем будет меня атаковать. К тому времени, когда он решит действовать, я должен выйти из ближней и его ударной дистанции.

— Ну куда ты полез? — в отчаянии заорал Худяков.

Его желание держать меня за пределами ударной зоны Мышкина начало действовать мне на нервы. Так поединок с каланчой не выиграть. Надо чередовать отходы на дальнюю дистанцию и атаки на ближней.

Сейчас, находясь рядом с высоким противником, я понял, насколько хорош и опытен Мышкин. Он буквально читал каждое мое движение. Когда я чересчур сблизился с ним, противник отошел на удобную для себя дистанцию и продолжал оттуда осыпать меня джебами.

Когда я пытался отойти, он тут же разрывал дистанцию, опять стараясь создать между нами опасную зону, то самое удобное для себя расстояние, на котором он мог безнаказанно бить меня и зарабатывать очки. Когда я старался достать его прямым длинным ударом, он пробивал по мне удары еще длиннее.

Я чувствовал, что проигрываю ему по очкам. Если так будет продолжаться дальше, то победа останется за ним.

Тогда я удалил свои финты и обманные комбинации. Это сразу помогло. Вот где Мышкин оказался не так уж и силен. Он легко попадался в мои ловушки. Бить он предпочитал, как я и говорил, сильными прямыми ударами, это давало мне возможность ловить его на контратаке.

И еще я начал работать против него не совсем обычными комбинациями. Теперь, когда я бросил всё на карту и сблизился с противником, настала пора оверхендов.

Если перевести с английского, то оверхенд — это удар через руку. Это смешанный удар, хук, нанесенный по дуге. Наносится по верхней линии над руками соперника, нацелен в голову противника, обрушивается под чертовски неудобным для него углом. Идет даже выше, чем расположена его голова, кулак в перчатке падает на соперника немного сверху.

По большому счету для советского бокса тех времен это было довольно-таки нетрадиционным приемом. Не совсем неизвестным, но очень редко употреблявшимся. Он находился на вооружении западных боксеров, как раз для того, чтобы противостоять высоким противникам.

Я придерживал оверхенды до последнего, решив использовать их только после того, как хорошенько прощупаю противника. Как и ожидалось, против этого удара у Мышкина совсем не было защиты. Тем более что я примерил его в сочетании с обманной комбинацией.

Сначала я отвлек противника, заставил его открыться. Для этого я нанес ему серию быстрых прямых джебов, играющих роль финтов. Несильные, легкие, стремительные. Мышкин чуть опустил руки, готовясь идти в контратаку.

И тут, на излете, я отправил ему хорошенько заряженный оверхенд в голову. Задней, правой рукой, которую заранее отвел назад.

Чтобы ударить посильнее, я выкрутил туловище по диагонали сверху вниз и еще придал силу опорной ногой. Целился не в само лицо, а за ним, в глубину головы Мышкина.

Удар получился максимально сильным. Это был почти ва-банк, потому что если я промахнусь, то могу пролететь мимо противника и буду почти беззащитен против его контрудара. Впрочем, я был почти уверен в успехе, потому что вряд ли Мышкин готов к такой атаке.