Книга Гипнотизер в МВД: игры разума, страница 161 – Алим Тыналин

— Я всегда так обращаюсь с женщинами. Бьет, значит любит, верно? Но убивать Настю… Нет, только не я. Я ее слишком любил для этого.

Когда мы закончили допрос и отправились в свой кабинет, я спросил у Ани:

— Ты что, всерьез подозреваешь Девяткина в убийстве? Даже если и по неосторожности? Я готов поспорить, что это не он.

— А почему нет? — спросила Белокрылова. — Такой негодяй, как он, вполне мог случайно прибить Шилову. А потом сымитировать другого человека.

Я покачал головой.

— Это для него слишком сложно. Я тебе обещаю, что сегодня предоставлю настоящего убийцу Шиловой. Но сначала давай осмотрим тело Петрова. И допросим его сокамерников. Я хочу знать, как он погиб.

Против этого Белокрылова не стала возражать.

— Возьми Рема и займись этим, — сказала она. — Только не тяни, давай быстрее займемся Шиловой.

Тело Петрова уже увезли, поэтому мне достался только протокол осмотра. И еще я смог осмотреть камеру, где он содержался.

Долго думать здесь не пришлось. Сразу понятно, что человек вряд ли способен совершить самоубийство таким тяжелым способом. Лучше уж перерезать вены или повеситься. Хотя в первом случае успеют спасти.

Опрос сокамерников подтвердил мои догадки. Один был верзила, явная торпеда. Он помогал убивать Петрова.

А вот второй был фрукт интереснее. Гораздо меньше ростом, а вот язык подвешенный. Причем умел говорить не только на блатной фене, но и обычным человеческим языком. К примеру, услышав мою фамилию, он сразу сказал:

— А так ты и есть тот самый волшебник, о котором все только и говорят? Да, вот ты какой оказывается! А с виду обычный лопух, разве что рожица смазливая. И не скажешь, что ты умеешь мысли читать. Или ты на самом деле не умеешь их читать? У меня был такой кореш, тоже выдавал себя за телепата. Вот только по-настоящему он ничего не умел делать. Просто пыль в глаза, и ничего больше.

Я улыбался и ждал, пока этот поток слов иссякнет, но это было несбыточное желание. Задержанному мужичку нравилось говорить без перерыва. Похоже, он уже привык всегда вот так лить бессмысленные слова, а сам в это время внимательно разглядывал собеседника, проверяя его реакцию.

— Это ты убил Петрова? — спросил я у мужичка в лоб. — Вместе с твоим приятелем. Лучше скажи сразу и не выдумывай всякую ерунду.

Но мужичок тут же перескочил с общих тем на свою версию произошедшего.

— Ох, ты что такое говоришь, уважаемый? Да разве мы способны на такое? Погляди на меня, зачем это надо? На кой мне это сдалось? Я и видел этого горемыку первый и последний раз в жизни. Клянусь, я к нему и пальцем не прикоснулся.

Ага, как же. Разговаривая, мужик все время пристально следил за мной, точно также калибруя мою реакцию, как и я его. Да, он тоже отличный психолог и эксперт в чтении людей. Хотя, без этого ценного умения ему вряд ли удалось бы выжить и преуспевать в уголовном мире.

— И как же это случилось? — спросил я.

Вот тут мужичок, который до этого держался вполне хорошо, допустил первую ошибку. Он поднял глаза вверх и вправо, то есть сосредоточился на правом полушарии своего мозга. То есть, на творчестве. То есть, он вспоминал свои выдумки и готовился подкрепить их еще более живописными и достоверными деталями.

— Ну как, я крепко заснул, потому что умаялся за день, — сказал мужик, снова переведя на меня взгляд. — Хорошо так спал, очень крепко. А потом вдруг слышу: бамц! Звук сильного удара. Хруст, стук, падение. Проснулся, а тот бедолага на полу лежит. И кровь потекла уже. Я сразу понял, что ему не поможешь.