Книга Гипнотизер в МВД: игры разума, страница 18 – Алим Тыналин

Насколько я помню, Пиковый король нанесет удар через три дня, в окрестностях Ленинграда. Это будет первое его массовое убийство, после которого он станет известен на всю страну. До этого его деяния замалчивались властью, чтобы не вводить население в панику. Теперь у меня есть реальный шанс поймать маньяка на месте преступления, а если получится, то даже и предотвратить его.

Усевшись в такси, я отправился в ГУВД. Таксист был такой типичный, советский мужик, как из фильма. Плотный, загорелый, сильный. На лице двухдневная щетина, длинный нос подозрительно принюхивался. Кожанка, кепка, усы. Присутствует весь набор.

— А вы, извиняюсь, тоже оттуда будете? Из органов? — спросил он.

Я посмотрел на него более внимательно. Лет сорок, на подбородке едва заметный шрам. На тыльной стороне ладони наколка в виде лучей солнца. Надписи «СЕВЕР» нет, возможно, он просто сидел по малолетке, а может и вообще остался на воле.

Видно, что это настоящий советский таксист. Разбойник с большой дороги, повидавший многое на своем веку. Обручального кольца нет. Во рту сверкнул золотой зуб, я видел еще когда договаривался насчет проезда.

Обеспечен, хорошо зарабатывает на своем месте. Работа в таксо, если уметь вертеться, приносит хорошие доходы.

Так-с, теперь машина. Относительно новая «Волга». Все чисто и аккуратно. Не гремит и не разваливается. Все правильно, обычно опытным таксистам достается хорошая машина. Он еще и ухаживает за ней. Ага, вон там, за козырьком мелькнуло маленькое фото детей. Разведен, есть дети.

Все ясно. А еще в углублении между сиденьем и рычагом коробки я заметил в «кочерыжку», выгнутый крючок из упругой проволоки. С его помощью можно быстро залезть внутрь таксометра и изменить сумму к оплате за проезд. Ловкачи делали это в тот время, когда пассажир ненадолго покидал такси, например, отправлялся разменять крупную купюру.

Ага, мой шоферюга тот еще жулик. Ну что же, понятно, каждый крутится, как может. Я тоже не белый и пушистый.

Спрашивает он тоже не просто так. Работники органов могли расплатиться талонами, это для таксиста невыгодно. Но обычно это делали прокурорские, менты платили по счету.

— Нет, я гражданский, — ответил я и сразу заметил, как водитель довольно ухмыльнулся. Но поскольку где-то на задворках памяти у меня остался сленг советских таксистов, я тут же добавил: — Но, шеф, я тебе не «пиджак» какой-нибудь. Мы с тобой строго по прибору поедем. Хотя, если быстро, доплачу, в обиде не оставлю.

Водила зыркнул на меня глазами. Понял, что я в теме. «Пиджак» на их сленге — это работяга, который только иногда пользуется такси и с него можно содрать хорошие чаевые. А ехать за прибор — это оплачивать строго по показаниям таксометра.

— Понял, командир, — весело согласился таксист. — Щас, с ветерком домчимся. Ты не из этих, которые нашего брата валят, сразу видно.

И рванул вперед, ловко объезжая немногочисленные машины на дороге.

Я поглядел в приоткрытое окошко, любуюсь видами Ленинграда. Как же все тихо, мирно и спокойно, по сравнению с бурлящим мегаполисом двадцать первого века.

Девушки в светлых платьюшках, с заколками в волосах, брюки клеш, джинсовые рубашки. У парней густые длинные прически, многие бородатые. Магазинов мало, рекламы тоже. Красота.