Книга Гипнотизер в МВД: тотальный контроль. Том 3, страница 122 – Алим Тыналин

Я спросил, не двигаясь с места:

— А что случилось, кто там стрелял?

Милиционер подумал, что можно не скрывать, все равно эта информация скоро будет известна всем.

— Там нашли Сабанина. Он оказал бешеное сопротивление и его застрелили при аресте, — ответил он.

Михалыч развернул бумагу и с удивлением увидел фамилию, которую я написал там недавно. Я указал на него:

— Я люблю с шоколадным пломбиром, так что давай, не задерживай.

Шофер покачал головой.

— Вот прохвост, а, вот прохвост.

Я отправился вместе с милиционером в квартиру Буркова. По дороге осторожно спросил у него, что там случилось с преступниками. Их успели ведь обезвредить, правда?

Милиционер, молодой парень, насмешливо взглянул на меня. Мы поднимались по лестнице и он старался не держаться за деревянные перила.

— Да, уже всех обезвредили, так что можешь не беспокоиться.

Я кивнул с облегчением. Я ведь все-таки гражданский человек, не обученный обращаться с оружием и для того, чтобы ловить преступников, мне нельзя обойтись без помощи сотрудников милиции. Как ни крути, а это так.

Мы поднялись на верхний этаж и я с почтением осмотрел стену, и дверь квартиры напротив жилища Буркова, всю в дырках от пулевых отверстий. Потом прошел через выломанную дверь и милиционеров, столпившихся в квартире. Они меня узнали и посторонились.

Я подошел к мертвому Сабанину и сразу увидел игральную карту, валяющуюся рядом с ним. Валет пик, с пятнышками крови, сама карта чуть помятая по краям, видимо, хранилась в кармане брюк.

И еще на карте были начертаны значки и непонятные для непосвященного символы. Я сразу понял, что это значит. Это ведь послание от Пикового туза. Для меня.

Он специально отправил сюда Сабанина и этого липового почтальона и приказал им сидеть, ждать меня. Он ведь знал о том, что я рано или поздно выйду на его фамилию, а потом и на его квартиру в Ленинграде. И поэтому оставил здесь Сабанина, чтобы тот передал мне послание таким экзотическим способом.

Мне надо расшифровать это послание.

— Ты знаешь, что это значит? — спросил Аксаков. Он был весь испачкан и помят, хорошо, что не ранен. При мне из квартиры вывели здоровяка Ломова, получившего ранение. — Что это за буквы?

Я пожал плечами, а сам при этом пожирал карту глазами. Старался запомнить символы. Да, я знаю эти знаки. Это ведь алфавит карт таро, старшие арканы стихий и древо жизни, обозначения планет по римской мифологии. Да, здесь есть над чем поработать.

— Ты знаешь, впервые такое вижу, — ответил я как можно безразличнее. — Тебе, наверное, лучше обратиться к специалистам, они помогут, быстро и квалифицированно.

Аксаков потрясенно посмотрел на меня.

— Я думал, ты у нас специалист. Зачем нам обращаться к кому-то другому, когда у нас есть ты? Ты уверен, что не знаешь? Я думал, что если кто и сможет ответить, то только ты.

Я еще раз посмотрел на карту и покачал головой. Как можно убедительнее.

— Знаешь, у меня тоже есть пределы компетенции. Как говорил Сократ, я знаю, что ничего не знаю. Впрочем, может быть, чего-нибудь накопаю, и тогда сразу тебе скажу. А пока давай осмотрим наших клиентов, увидим, есть ли у них что-то еще интересное.

Нет, больше ничего такого, любопытного. У Сабанина деньги, около двух сотен рублей, фальшивые документы, проездной, мелочь, расческа, носовой платок. Ни блокнота, ни записной книжки, ничего. Очень подозрительно.