Книга Гипнотизер в МВД: тотальный контроль. Том 3, страница 15 – Алим Тыналин

Захлопнул дверь в кабину, сам остался в салоне. В это мгновение его услышал Ромов. Обернулся, увидел бортмеханика.

— Ах ты, сука, — прошептал Ромов. Прицелился, чуть было не выстрелил. Но сдержался. — Открывай дверь, сука!

Но Копытин покачал головой. Отважно бросился на преступника. Рискуя головой.

Бах! Ромов выстрелил в него. Целился в плечо, попал в руку. Копытин упал на пол. Пуля ушла обшивку кресла, застряла там.

Пассажиры закричали.

— Заткнитесь! — закричал Ромов. — Заткнитесь, не то всех замочу!

Самолет накренился, он чуть не упал, но удержался на ногах. Прислонился к спинке кресла рядом.

Потом восстановил равновесие. Подошел к двери кабины. Пнул со всего размаху. Дверь устояла.

Ромов ударил еще раз. Дверь вылетела. За нею обнаружилась кабина. Там сидели двое. Командир Судов и второй пилот Тимахин.

— Сади самолет! — закричал Ромов и ворвался в кабину.

За ним Жулев. Только что он угрожал финкой бортмеханику. Теперь схватил Тимахина за волосы, поднес лезвие к горлу.

— Хорошо, хорошо! Я уже отправился на посадку! — закричал Судов. Он уже успел отправить сигнал бедствия на землю. — Мы будем там через десять минут.

Ромов кивнул. Убивать пилотов он не собирался. Они нужны, чтобы лететь дальше.

— И еще, — добавил он. — Свяжись с землей. И скажи, что мы требуем два миллиона долларов. И чтобы заправили самолет. Полные баки.

Командир снова кивнул. Глупо спорить с размахивающим ружьем преступником. Сказать ему, что власти могут решить сбить самолет? Нет, это тоже глупо.

Самолет пошел на снижение.

Вот какого дьявола я должен делать это? Лезть под пули, рисковать жизнью.

Белокрылова объяснила по дороге. Почему вызвали именно меня.

— Там грандиозная буча, Ян, — сказала она. Обернулась ко мне с переднего сиденья. — Захватили самолет с полусотней заложников. Требуют деньги, хотят улететь в Ленинград. А оттуда еще дальше.

Ну да, знакомое дело. Сейчас только начали сталкиваться с авиатерроризмом. И еще долго будут учиться ему противостоять.

Надо бы подсказать коллегам меры по безопасности. На транспорте всякого рода.

— Ясно, — я был мрачен и хмур. — А я причем?

— Для переговоров вызвали психологов, — объяснила Белокрылова. — И кто-то вспомнил, как ты обезвредил преступника в Ленинграде. Когда тоже захватил заложников. Помнишь?

Ну еще бы. Тот псих тогда чуть не прострелил мне яйца. Еле как его успокоил.

— Поэтому они хотят видеть тебя, — продолжила Аня. — Там все высшее руководство. Ты должен помочь.

Ага, конечно. Как будто у меня есть выбор. Мы уже едем в аэропорт.

— Кто это такие? — спросил я со вздохом. Уже не отвертишься. Надо узнать, кто там такие лихие и отчаянные. — Знаешь подробности?

Белокрылова покачала головой.

— Откуда? Я сама только что узнала.

Я откинулся на сиденье. Задумался. Так, что мы имеем. Я помнил все авиационные катастрофы двадцатого века. В свое время зарядил голову этими сведениями.

Из всемирной энциклопедии. Наряду с собранием сочинений Чехова. И названиями всех лекарственных трав на евразийском континенте. И еще прочей информацией. Для тренировки памяти.

Для запоминания я обычно использовал способ Цицерона. Говорят, его использовал знаменитый римский оратор.

Метод очень простой. Надо создать в уме комнату. Или дорогу или площадь. Любое хорошо знакомое место. Главное — помнить расположение предметов.