Книга Гипнотизер в МВД: тотальный контроль. Том 3, страница 76 – Алим Тыналин

Кондрат беззаботно мотнул головой.

— Нет, он сам подсел, там мест не было. Но он тоже любит футбол и недавно откинулся, за гоп-стоп зону топтал.

В дверь громко забухали, очень настойчиво и жестко. Гвоздь в соседней комнате тут же прекратил храпеть.

— Откройте, милиция! — раздался голос снаружи. — Предлагаю сдаться без сопротивления. Дом окружен. Мы захватили ваши тайники, нашли все украденное. Сдавайтесь немедленно!

Кондрат осекся и побледнел. Впрочем, сказать ничего не успел, хотя и намеревался что-то проблеять в свое оправдание.

Артист подошел к стулу, поднял ружье, взвел курки и навел на Блинчика.

— Послушай, Артист, я даже и не… — начал было тот.

Но главарь шайки не стал ничего слушать и выстрелил в своего нерадивого подчиненного. Кондрат получил пулю в грудь и отлетел к стене. В дверь тут же прекратили стучать и тот же голос закричал снаружи:

— Немедленно сложите оружие! Иначе мы будем вынуждены открыть огонь на поражение. Повторяю, бросьте оружие! Никаких больше выстрелов. Отеройте дверь и выходите с поднятыми руками.

Выходить с поднятыми руками и сдаваться Артист конечно же, не собирался. Кондрат со стоном скрючился на полу, царапая раненую грудь руками.

— Эй, Артист, чего это там? — спросил Гвоздь, не рискуя, однако, выходить из соседней комнаты, чтобы тоже не получить пулю от разъяренного вожака. — Что стряслось? Нас легавые обложили? Как они на нас вышли?

Но главарь кодлы не отвечал. Кондрат превратился в расходный материал, такая же участь теперь ждала и вождя. Он не ответил, а развернулся и отправился в другую комнату, маленькую кухоньку, заполненную большой печью, газовой плитой, холодильником, баками для воды и всякой другой мелочью. Осторожно выглянул в темную форточку и убедился, что снаружи никого нет.

Окно кухни было заколочено, а вело оно во внутренний дворик, соединенный с сараем. В верхней части осталась только форточка, закрытая марлей от досаждающих насекомых. Если выбить доски, которыми забито окно, можно выбраться в дворик, а оттуда через сарай можно попасть на улицу.

Снаружи эта часть двора не видна, Артист специально проверил это заранее. За многие годы побегов от ментов у него выработалась привычка всегда первым делом на новом месте готовить пути отхода.

— Артист, ты где? — закричал Гвоздь. — Ты чего молчишь?

Милиционеры что-то кричали на улице, а потом снова принялись бить в дверь, только чем-то более тяжелым, словно тараном. Кондрат затих на месте и лежал на месте лицом вниз, а на досках пола образовалась лужица крови.

— Сиди там, тут менты повсюду! — закричал Артист Гвоздь, чтобы он не вздумал мешаться под ногами.

Сам тем временем отодвинул в сторону от окна кухонный столик у окна и пнул доски. Еще раз и еще. Доски с треском вылетели, в окне образовалось отверстие. Взрослый человек мог вылезти через него в дворик. Пахан полез в него, обдирая руки и одежду.

— Артист, Артист! — трагически взывал сзади Гвоздь. — Где ты, Артист?

Но Артисту уже было не до него. Он вылез из окна, не удержался, рухнул на землю. Быстро вскочил и увидел мельком, что Гвоздь показался на кухне. Побежал к сараю и тут же услышал грохот в доме, видимо, менты все-таки выломали дверь.

— Подожди! — отчаянно закричал Гвоздь и мунулся вслед за главарем.