Книга Гипнотизер в МВД: тотальный контроль. Том 3, страница 97 – Алим Тыналин

— А, вот ты и явился, — Белокрылова подошла к нам и внимательно поглядела на меня, стараясь разобраться, пришел ли я в себя. — Как ты себя чувствуешь?

Я кивнул. Все в порядке. Я уже успокоился после вчерашней осечки. И на всякий случай, смирился со смертью Полины.

— Ну, что тут у нас? — я подошел к труп и внимательно осмотрел ее. — Нет, это не людоед. Это же собаки. Они обгрызли тело.

Костин снял фуражку, потер начинающую седеть шевелюру.

— А вот это уже другое дело. Совсем другое дело. А то развели тут разговоры, людоед да людоед. Это же простые собаки. Он правильно говорит, Илья Павлович?

Пожилой криминалист, делающий пометки в записной книжки, поправил очки и кивнул. На меня он старался не смотреть. Мои методы он считал шарлатанством и не имеющим ничего общего с наукой.

— Да, верно. Раны нанесены после смерти и сделаны не ножом, а клыками животных.

Я содрогнулся.

— Бр-р-р, какая ужасная смерть. Мало того, что тебя убили, предварительно напоив всякой гадостью, так еще и после этого твое тело растерзали бродячие собаки. Бедная девочка.

Костин и Белокрылова подошли ближе. Илья Павлович промолчал, но я видел, что он чуть повернул голову, чтобы слышать мои объяснения.

— Чего? — переспросил Костин. — В смысле напоили? Отравили, что ли?

Я поднял голову и огляделся. По дороге проехал автомобиль и люди внутри смотрели на нас, гадая, что случилось.

— Ну, это же очевидно. Документы и сумочка пропали. Это и надо было преступнику. Девушка погибла вчера вечером, она возвращалась домой с работы. Наверняка она живет где-то в пригороде. Она опоздала на электричку и вынуждена была поймать попутку. Ее одежда в порядке, повреждения появились потом, когда тело терзали собаки. Значит, она не сопротивлялась, когда он убивал ее. У нее асфиксия, но на шее нет синяков. Следовательно, водитель напоил ее чем-то, так, что бедняжка даже не могла сопротивляться. Он ограбил ее, убил и выкинул тело в лесу.

Костин снова почесал затылок и оглянулся на криминалиста. Илья Павлович пожал плечами и отвернулся.

— Мы проведем более детальный осмотр позднее и выявим причину смерти. Сейчас я, как профессионал, воздержусь от каких-либо высказываний и гипотез.

Ох, ох, ох! Да он похож на напыщенного индюка со своим высокомерием. Я решил добить криминалиста еще одним наблюдением.

— Да, кстати, не забудьте проверить гастрономы. Скорее всего, жертва работала в одном из них.

Илья Павлович обернулся. Белокрылова спросила, не скрывая интереса:

— А это с чего ты взял?

Я указал на девушку.

— У нее в кармане чек на продажу продукции в гастрономе. В том числе, пирожки с капустой и картошкой. Она везла их домой, чтобы угостить семью. Руки испачканы в муке и жире, я понюхал, очень стойкий запах. На чеке выкладка с указанием дневной выручки за последнюю неделю. Значит, она не просто купила пирожки, а еще и отвечала за их продажу.

Илья Павлович снова поправил очки, только на этот раз более нервно, чем раньше.

— Мы еще осматриваем все улики, — заявил он. — И некоторые могли упустить. Пожалуйста, не отвлекайте нас от работы.

Он окончательно ушел в сторону, к своим коллегам. Фотограф, щелкающий затвором, послушал наш разговор, ухмыльнулся и продолжил делать снимки. Костин отправился раздавать поручения по поискам адреса жертвы, а Белокрылова подошла ко мне.